Почему не говорят аутисты: Что мешает научиться говорить ребенку с аутизмом. Нарушения речи при аутизме – советы как разговорить аутичного ребенка – рекомендации специалистов ABA

Содержание

Что мешает научиться говорить ребенку с аутизмом. Нарушения речи при аутизме

Содержание:

Дефектолог Наталья Керре более 20 лет работает с семьями, в которых растут дети с аутизмом. Ее книга "Особенные дети: Как подарить счастливую жизнь ребёнку с отклонениями в развитии" может быть полезна всем родителям, которым кажется, что с ребенком что-то не так. О том, как может проявляться аутизм, мы уже рассказали. Сегодня — об особенностях речи и общения у детей с аутизмом. Что мешает им научиться говорить и адаптироваться в обществе?

Почему ребенку с аутизмом трудно общаться

Пока не выявлено каких-то конкретных признаков, позволяющих диагностировать аутизм в младенчестве. Однако родители довольно часто упоминают о двух вариантах поведения детей, у которых впоследствии был диагностирован аутизм.

Вариант первый — это чрезмерно тревожные дети, которых трудно успокоить, у которых "сбит" режим, поэтому они путают день с ночью, не успокаиваются, когда их берут на руки, на руках не принимают удобную позу, а застывают, словно дощечки, либо, наоборот, "растекаются" по рукам.

Второй вариант — это, напротив, дети очень "удобные", которых всегда всё устраивает, которых можно с первых дней оставлять одних, и они, как вспоминают родители, "всегда могли занять себя сами" и быстрее успокаивались, когда их не брали на руки или гладили, а оставляли в покое. Такие дети могут предпочитать игрушкам рисунок на обоях, крошки, попавшие в кроватку, тени на стене и т. д.

Среди общих признаков малышей, у которых затем был диагностирован аутизм, отмечаются обычно: избегание глазного контакта, явное неудовольствие от контактов с людьми (быстрее успокаивается, когда его оставляют в покое), нестабильность слухового восприятия (то слышит обращённую к нему речь, то не слышит).

Почему ребенку с аутизмом трудно общаться

Ребёнок без особенностей развития тянется к близкому взрослому, который разговаривает с ним, после трёх месяцев — улыбается в ответ на улыбку, вокализирует, реагируя на обращённую к нему речь. Ребёнок, у которого нет аутизма, с раннего возраста демонстрирует адекватные эмоциональные реакции: быстрее успокаивается, когда мама берёт его на руки, радуется, когда к его кроватке подходят родители, не любит надолго оставаться в одиночестве в комнате.

С раннего возраста у детей с аутизмом проявляются проблемы, связанные с социальными навыками (подражание, ориентация на социальные стимулы, концентрация внимания вместе с другими людьми на одних и тех же объектах, распознавание эмоциональных состояний окружающих людей, участие в играх, требующих использования воображения и подчинения общим правилам). В более старшем возрасте такие дети, даже если у них развита речь, редко первыми идут на контакт с окружающими, что может создавать иллюзию "тотальной неконтактности" аутистов.

По современным данным, дети с аутизмом хотят общаться не меньше, чем их обычно развивающиеся сверстники, но им сложнее понять, что нужно делать, чтобы наладить общение, они быстро устают и истощаются от общества людей, особенно на многолюдных мероприятиях. У таких детей слабо выражена социальная направленность собственного поведения, а также восприимчивость к социальным аспектам поведения других людей, они редко делятся своими переживаниями и эмоциями с окружающими, хотя зачастую такие дети очень ранимы и восприимчивы, но им трудно распознать и выразить то, что они чувствуют, словами.

Дети с аутизмом также испытывают трудности в распознавании эмоций других людей по движениям тела, жестам, выражению лица и голосу, то есть затруднено формирование тех социальных навыков, которые при обычном развитии формируются "автоматически".

Аутичные дети отличаются и в выражении собственных эмоциональных состояний. Эти выражения часто характеризуются ограниченным и непроизвольным использованием экспрессивных жестов и эксцентричной, невнятной или непроизвольной мимикой.

Вопреки распространённому ранее мнению о том, что дети с аутизмом не испытывают родственных чувств к своим близким, не могут отличить родителей от посторонних людей, результаты современных исследований и наблюдений свидетельствуют об обратном. Большинство детей с аутизмом более восприимчивы по отношению к близким, чем по отношению к незнакомым людям. В присутствии знакомых и родных поведение детей с аутизмом более социально, они скучают, когда близких нет рядом, быстрее успокаиваются рядом с родителями, прибегают к их помощи при изучении окружающего мира. То есть при аутизме наблюдается не тотальная неспособность к формированию привязанности, а дефицит навыков, которые позволяют понимать социальную информацию и реагировать на неё привычным для большинства людей способом.

У аутичных детей присутствуют проблемы, связанные с сонаправленным социальным вниманием, то есть способностью направить внимание другого человека на объект общего интереса, которая в норме проявляется к 12-15-месячному возрасту. Ребёнок с аутизмом может принести другому человеку интересующий его предмет или указать на него, но он, как правило, делает это только в тех случаях, когда хочет, чтобы другой человек что-то для него сделал: дал игрушку, конфету, помог включить телевизор.

При этом ребёнок не стремится установить с другим человеком контакт и найти с ним общий интерес, чтобы получить удовольствие от самого процесса общения. Он редко привлекает окружающих, чтобы поделиться с ними эмоциями от познания окружающего мира: показать взрослому красивую бабочку, заинтересовавшую машину, кошку.

Разглядывая человеческое лицо, дети нередко обращают внимание на отдельные его части: нос или рот, не воспринимая лицо в целом (у детей с аутизмом обычно наблюдаются проблемы с запоминанием и узнаванием лиц, дети могут не узнать человека, если он по-другому одет, надел шапку или сменил причёску).

Развитие речи при аутизме

Развитие речи при аутизме

При аутизме часто встречаются серьёзные нарушения речи и общения, которые проявляются в раннем возрасте и сохраняются длительное время, в особо тяжёлых случаях — на протяжении всей жизни.

Один из первых признаков нарушения речи при аутизме — неполное использование доречевых средств общения: ребёнок не использует жесты для того, чтобы привлечь внимание взрослого к тому объекту, который его заинтересовал (хотя может показывать на тот объект, который хочет, но не может достать). Например, не показывает маме на рыбок в аквариуме, которые привлекли его внимание, но показывает (собственной рукой или используя руку взрослого) на ту игрушку на полке, которая ему нужна: то есть использует инструментальные жесты для того, чтобы ему помогли осуществить желаемое, но не использует экспрессивные жесты для передачи собственных чувств.

Многие дети с аутизмом начинают говорить с существенной задержкой. Часто родители отмечают, что ребёнок начал говорить в соответствии с возрастной нормой, но затем речь постепенно регрессировала либо произошла резкая остановка речевого развития.

Когда дети начинают говорить, речь отличается своеобразием: она на первый взгляд вообще слабо соотнесена с ситуацией, в которой происходит общение. Аутичные дети, в отличие от детей без особенностей, отдают предпочтение неречевым звукам. У многих из них наблюдаются реверсия местоимений (ребёнок не говорит о себе "я", называет себя во втором или третьем лице, например вместо "Я хочу конфету" скажет "Ты хочешь конфета", "Серёжа хочет конфету") и эхолалия, когда ребёнок в ответ либо повторяет ответ, немного изменив интонацию: "Ты пойдёшь гулять?" — "Ты пойдёшь гулять" (ответ утвердительный), либо использует цитаты из рекламы, любимых мультфильмов: "Ты хочешь есть?" — "Кетчуп „Хайнц“ — лучший кетчуп" и т.д.

Кроме того, иногда ребёнок произносит раз за разом слова либо цитаты вне ситуации общения (причём и слова, и цитаты могут быть довольно сложными).

Часто эхолалия расценивается семьёй и специалистами как серьёзное и безнадёжное нарушение речи, и они не всегда над ней работают. Однако появление эхолалии — это хороший знак

, потому что в случае с аутизмом она свидетельствует о том, что ребёнок хочет общаться, хоть и не очень понимает, как это нужно делать, и использует доступные ему средства. По механизму использования эхолалия очень похожа на то, как человек учит иностранный язык: сначала заучивает ряд шаблонов, затем осваивает импровизацию.

У детей с аутизмом серьёзно страдает "интуитивное чувство языка", которое в норме является врождённым, и они действительно учат родной язык как иностранный. Если ребёнку не помогать — речь может так и остаться на уровне только шаблонов и её использование с целью коммуникации будет грубо ограничено.

Однако, если над эхолалией целенаправленно работать, в большинстве случаев на её базе можно развить у ребёнка речь, более или менее приближенную к привычной нам, хотя процесс это и не очень быстрый. Некоторое своеобразие, ограниченность и "штампованность" речи могут остаться на всю жизнь, но это будет тот уровень, который позволит продуктивно общаться с окружающими и успешно социально адаптироваться.

Также у детей часто возникают проблемы с согласованием слов на грамматическом уровне, им трудно понять переносный смысл

("крутая гора — крутое яйцо — крутой парень" и т.д.), отгадывать загадки, трактовать пословицы и поговорки. Часто понимание фразы закрепляется за той ситуацией, в которой она была употреблена. (Девочку ругают в школе за то, что она дерётся. Фраза "Нельзя хулиганить" для неё относится только к ситуации "Нельзя драться" и совсем не переносится на другие неодобряемые социально ситуации.)

Детям трудно понимать сложные инструкции. Поэтому на первоначальном этапе коррекции, общаясь с детьми, нужно употреблять максимально простые фразы, чёткие инструкции, по возможности избегать уменьшительно-ласкательных форм слова, потому что для аутичного ребёнка "мяч" и "мячик" могут быть совершенно разными предметами, никак друг с другом не связанными.

Дети с аутизмом, как правило, с трудом осваивают речевой этикет ("спасибо", "пожалуйста", "здравствуйте", которые нейротипичный ребёнок осваивает автоматически с небольшими подсказками взрослых, для малыша с аутизмом будут совершенно нулевой информацией, не несущей никакой смысловой нагрузки, и употреблять он их, естественно, не будет). В более старшем возрасте у детей с аутизмом возникают проблемы с пониманием и пересказыванием прочитанного, ответами на вопросы и т.д.

Таким образом, огромная часть речевых проблем связана с тем, что дети не понимают, что речь можно использовать для общения, передачи информации, решения социальных вопросов.

Как научить говорить ребенка с аутизмом

Означает ли всё это, что ребёнок с аутизмом никогда не сможет полноценно коммуницировать с окружающим миром? Конечно нет. Кропотливая и длительная работа позволяет развить его речь до более-менее приемлемого уровня, научить соблюдать нормы речевого этикета, общаться с семьёй и внешним социумом.

Правда, часть детей с аутизмом так и не начинает говорить, однако даже у них можно улучшить понимание обращённой речи, научить их выполнять инструкции. Возможно, в этом случае вам поможет обучение методам альтернативной коммуникации — с использованием карточек, планшета и т.д. Однако я считаю, что сначала имеет смысл попробовать развить устную речь, а вот если подвижек в этом направлении не будет — только тогда обратиться к альтернативной коммуникации.

Порой аутичные дети показывают удивительные и вроде бы неожиданные результаты. В большинстве своём они очень рано осваивают буквы, многие легко учатся читать (обычно для них методика обучения глобальному чтению продуктивнее традиционной методики послогового чтения).

Ни в коем случае не игнорируйте возможность использовать навык чтения для развития устной речи: иногда ребёнку проще отвечать на те вопросы, которые написаны, осваивать новые слова и правила построения фразы по тексту, который у них перед глазами.

советы как разговорить аутичного ребенка – рекомендации специалистов ABA

  1. Почему аутисты не разговаривают
  2. В каком возрасте начинают говорить дети с аутизмом
  3. Как научить разговаривать ребенка аутиста
  4. Как говорить с ребенком аутистом старше 10 лет

Недостаток коммуникативных и речевых навыков является одним из основных симптомов аутизма. Дети с РАС не просто отличаются от других поведением, но и способом восприятия окружающего мира, невозможностью быстро адаптироваться под разные ситуации. Это одна из причин, почему аутисты не говорят. Или почему дети-аутисты кричат, не в состоянии иначе реагировать на происходящее. Тем не менее при грамотном подходе и всесторонней поддержке со стороны родителей, они способны развить неплохую речь, которой будет достаточно для нормальной социальной адаптации. Сегодня существует немало методов, которые помогут особенному ребенку выйти на новый, вербальный уровень общения. Главное — знать, как работать с ребенком аутистом правильно. И не забывайте, что кроме игр высокую эффективность показала физкультура при аутизме.  

Почему аутисты не разговаривают

Алалией называют недоразвитую речь или ее полное отсутствие при нормально развитом слуховом аппарате. К данному нарушению приводят, как правило, нарушения соответствующих отделов головного мозга при родах, сильных травмах головы, а также ряд патологий ЦНС. Причины зависят от формы недуга. Алалия может быть:

  • моторной;
  • сенсорной;
  • сенсомоторной.

Патогенез моторной алалии — расстройство аналитико-синтетической деятельности, которое возникает из-за нарушения функций лобно-теменных областей левого полушария мозга. Сенсорная алалия развивается вследствие поражения височной доли левого полушария.

В редких случаях встречается сенсомоторная алалия, которая обуславливается сочетанием сенсорной и моторной форм. В этом случае разговорить аутиста труднее всего. В качестве терапии применяется сенсорная интеграция для детей и взрослых, которая помогает развить необходимые навыки в мягкой форме.

Алалия моторная

Указывает на недоразвитую экспрессивную речь (произношение звуков). Данная форма алалии выражается в затруднительном овладении словарным запасом и пониманием грамматической части языка. При этом способность к пониманию речи может быть развита на высоком уровне. Как правило, дети-аутисты при моторной алалии начинают говорить в 4 года и позже. Признаки: невозможность выразить мысли словами, неправильное построение предложений, замкнутость, чувство тревоги, агрессивность.

Сенсорная алалия

Заболевание означает заторможенное развитие импрессивной речи (восприятие и понимание). По вышеуказанным причинам не происходит связь между такими составляющими слова, как смысл и звук. Аутичный ребенок может иметь безупречный слух и данные к овладению разговорной речью, но при этом не понимать, что говорят окружающие. Признаки: нарушенное восприятие речи, повторение слов за другими (имитация, подражание), слияние двух-трех слов в одно, невозможность связать предмет и обозначающее его слово.


В каком возрасте начинают говорить дети с аутизмом

При расстройствах аутистического спектра нарушение речевых навыков в той или иной форме присутствует всегда. Такие дети начинают разговаривать намного позже своих сверстников — в 4-5 лет и позже. Стоит отметить, что от родителей в большей степени зависит, в каком возрасте малыш начнет переходить от невербальной к вербальной (словесной) форме общения. Современные методы лечения аутизма позволяют развивать все навыки достаточно эффективно. Что способствует формированию правильного и стабильного произношения у ребенка:

  • регулярное общение и обучение;
  • поощрение успехов;
  • хороший зрительный контакт;
  • стимуляция ребенка к тому, чтобы начать разговаривать.

Чтобы помочь малышу приобрести такой важный коммуникативный навык, как речь, мы предлагаем пройти курсы ABA для родителей, где вы сможете получить бесценные теоретические знания и навыки, а также научитесь на практике применять методику прикладного анализа поведения.


Как научить разговаривать ребенка аутиста

Научить говорить ребенка с аутизмом — это важная задача специалистов и родителей. Для этого используют методики, адаптированные под особенности детей с РАС. Как правило, они проводятся в помощь игровой форме и кардинально отличаются от принципов обучения речи обычных малышей из-за специфики патологии. Что используется в учебном процессе:

  • стимуляция;
  • жестикуляция;
  • вокал;
  • поощрение.

Для девочек и мальчиков подход особо не отличается. Упор делается на сильных сторонах ребенка с учетом его предпочтений. На наших курсах мы рассказываем, как правильно обучать детей с расстройством аутистического спектра речи, какие упражнения при каком типе патологии лучше выполнять. Регистрация на 1 курс для родителей детей аутистов уже открыта.

Стимуляция ребенка к общению

Это особенно важно при моторной алалии. Без должной мотивации вы не увидите значимых успехов, как бы не старались. В процессе игры важно, чтобы произносимые родителями звуки, сопровождались жестами, хорошо знакомыми ребенку. Также в качестве стимула можно применять любимое лакомство — протяните его малышу и проговаривайте определенный звук. Если он его повторит или хотя бы попытается, отдайте награду, если нет, то все равно отдайте, но через несколько секунд. На данном этапе важно установить четкую ассоциацию между звуком и поощрением. Чтобы понять, как научить аутиста говорить, вы можете посетить наши дистанционные курсы для родителей.

Вокальные игры

В силу нетипичного восприятия картины мира, дети-аутисты достаточно трудно обучаются. Тем не менее игровые вариации занятий дают хорошие результаты, особенно, если речь идет о способности разговаривать. В процессе игры, которая нравится малышу, начните как можно чаще произносить тематические звуки и возгласы, например, би-бип, б-ррр, т-ррр. Если он тут же повторяет за вами, стоит его начать хвалить. Примечание: не стоит требовать и настаивать на повторении звуков. Такие действия с вашей стороны могут привести к тому, что ребенок замкнется в себе и откажется разговаривать вовсе.

Обучение на основе жестикуляции

Общение с детьми аутистами полезно подкреплять жестами, поскольку у них хорошо развита зрительная память. Если малыш уже научился просить что-либо с помощью жестов, то озвучивайте поощрение, когда отдаете его. Подобная ассоциация увеличивает вероятность того, что ребенок начнет спонтанно переходить на просьбы в устной форме (зная, как называется награда).

Поощрение каждого звука

Как научить ребенка аутиста разговаривать, если все методы испробованы? Используйте вознаграждение в каждом случае, когда малыш произносит звуки вслух. Это многократно повысит вероятность их повторения. Также стоит словесно хвалить его, но не выборочно, а каждый раз. Примечание: выбирайте разные виды поощрения, поскольку называя их, вы развиваете запас слов у крохи. Если ребенок аутист не говорит, это простой способ стимулировать его к первым словоформам. Также небольшая щекотка может в этом помочь. Методы поощрения аутиста также зависят от общей стратегии обучения.


Как говорить с ребенком аутистом старше 10 лет

Чтобы коммуникация с особенным ребенком среднего возраста была максимально эффективной, стоит придерживаться нескольких принципов:

  • в общении используйте короткие, простые предложения;
  • если речь воспринимается плохо, используйте жесты, письмо;
  • не допускайте стрессовых ситуаций;
  • не заставляйте говорить, если ребенок не хочет;
  • поощряйте инициативу и желание идти на контакт.

Начинать учить аутических детей никогда не поздно, даже в 10 лет. Когда аутисты начинают разговаривать, это во многом облегчает коммуникационный процесс, однако бывают случаи, когда дефекты речи выражены значительно. Как лучше адаптироваться в новой среде, как помочь ребенку-аутисту читать и общаться, как понять, ребенок-аутист у стоматолога реагирует на стресс или на боль — это все актуальные темы, которые рассматривают наши специалисты на курсах и приемах. Оказать помощь в данном вопросе и подобрать индивидуальную тактику обучения вам могут специалисты по аутизму в Москве.

Что делать, если ребенок с аутизмом не говорит?

02.11.16

Интервью с одним из спикеров II Международной научно-практической конференции «Аутизм. Выбор маршрута», экспертом по логопедии и альтернативной коммуникации, Рейчел Харкавик

Интервью: Елизавета Морозова

 

harkawik01

 

Рейчел Харкавик — доктор наук, выпускница клинической докторантуры по медицинской речевой патологии Университета Питтсбург (США). Сертифицированный логопед, специалист по развитию языка и речи, эксперт в области доказательных методов альтернативной и вспомогательной коммуникации при аутизме. Ее специализация: подбор инновационных, комплексных услуг при поддержке семьи и окружения для людей самого разного возраста в соответствии с их коммуникативными потребностями.

Многих родителей детей с аутизмом в первую очередь беспокоит отсутствие речи у ребенка, и это основная проблема, c которой они обращаются к специалистам. Что важно знать родителям в такой ситуации?

В первую очередь, важно, чтобы родители доверяли своей интуиции и знали, что их ребенок способен на большее, чем кажется сейчас. Так что когда родители спрашивают меня: «Когда мой ребенок заговорит?», я всегда очень рада.

Во-вторых, родителям нужна информация о том, к кому можно обратиться за помощью. То есть, во-первых, необходимо, чтобы родители спрашивали себя, что поможет ребенку говорить, во-вторых, чтобы они активно искали ресурсы, которые смогут им помочь, и работали ради этой цели.

Конечно, очень сложно приходится родителям, у которых нет таких ресурсов для помощи. Большинство родителей рассуждают очень здраво, но им может не хватать информации о том, как действовать и как изменить свой подход к ребенку. Так что первый шаг — это поиск ресурсов для семьи и понимание того, какие вопросы задать и к кому обратиться.

Какая это может быть помощь? Какие методы могут помочь в развитии речи ребенка с аутизмом?

Один из таких подходов, на котором я специализируюсь — это вспомогательная или альтернативная коммуникация или ВАК. Этот подход включает большое количество практик, в рамках которых человек пользуется либо своими руками, например, для жестового языка, либо какими-то внешними предметами, например, коммуникативной доской, PECS — системой обмена изображениями, другими видами коммуникации с помощью изображений, которые не являются систематическим подходом в рамках PECS, а также различными коммуникаторами с функцией генерации речи (сейчас в основном для этой цели используются приложения для телефонов и планшетов). Это самые стандартные формы ВАК для детей с аутизмом, которые часто применяются в США.

Многие родители опасаются методов альтернативной коммуникации, так как им кажется, что это затруднит развитие речи, и что ребенок утратит мотивацию для того, чтобы говорить.

Мне кажется, это распространенный страх среди родителей. Потому что это такой подход кажется нелогичным — если вы хотите учить ребенка устной речи, то зачем заниматься с ним чем-то, что не является устной речью? И я прекрасно понимаю подобное беспокойство. Однако то, что дает вспомогательная и альтернативная коммуникация — это обучение тем навыкам, которые способствуют развитию экспрессивной речи.

Если мы проанализируем методы ВАК, то они помогают развивать социальные навыки, они помогают развивать навыки совместного внимания, потому что эти системы требуют именно совместного внимания — способности привлечь внимание другого человека и показать ему то, что ты хочешь. И эти навыки являются базой, фундаментом для развития устной речи.

Кроме того, эти системы делают язык наглядным для ребенка с аутизмом, ему становится проще понять, что такое язык. Благодаря альтернативной системе коммуникации ребенок получает возможность сообщать о том, что он хочет, в последовательной манере, и это, в свою очередь, поощряет развитие речи.

Именно поэтому очень многие дети, которые осваивают эти методы, через какое-то время начинают говорить. Мой опыт говорит о том, что благодаря этим методам дети начинают говорить быстрее, чем при применении более традиционных методик для развития речи.

В каких случаях ребенку будет полезна такая система? Ведь иногда считается, что ребенок «говорит», но в реальности это лишь одно или два слова, или ребенок пытается говорить, но его никто не понимает из-за проблем с артикуляцией, либо у ребенка есть только эхолалия, он повторяет слова за другими людьми, но не использует их функционально. В каких ситуациях ребенку все-таки нужна дополнительная система коммуникации?

Вы уже перечислили те группы, которые бы я упомянула. Довольно очевидно, что ВАК нужна детям, которые не могут сказать ни слова — ведь мы должны начать работу с чего-то. Однако если ребенку два, три года или пять лет, то одно слово никак нельзя приравнять к полноценной языковой системе. Так что я бы рекомендовала ВАК всем детям, у которых совсем нет слов, либо у которых есть минимум слов, и это сильно не соответствует их возрасту.

Часто ВАК нужна даже детям, которые говорят много слов, однако они используют эти слова только для одной функции. Например, ребенок может назвать все свои игрушки, если спросить «Что это?», но он не может попроситься в туалет или не может попросить у вас простой предмет. То есть ребенок говорит много слов, но он не использует их для различных практических целей. И многие такие дети могут быть хорошими кандидатами для ВАК. То же относятся к детям, которые используют жесткие «языковые сценарии», в их случае ВАК может облегчить переход к более естественному социальному взаимодействию.

Так что показания для применения ВАК могут быть очень обширными, и это относится даже к детям с довольно богатым словарем. Таким образом, ВАК не только для тех детей, которые не говорят ни слова.

Допустим, родители решают: «Да, нашему ребенку нужна альтернативная коммуникация». С чего им лучше начать, какой метод из всех перечисленных выбрать?

В идеальной ситуации, вы будете работать со специалистом, который разбирается в этих методиках, и сможет провести оценку развития ребенка и его способностей пользоваться мой или иной системой. Не существует метода, который подойдет любому ребенку, сначала необходимо сформировать профиль ребенка, его сильных и слабых сторон, а также потребностей, и уже на основе этого подобрать систему.

Если же говорить в общем, то те дети, у которых очень низкие социальные навыки, которые не инициируют коммуникацию с другими людьми, с ними я обычно начинаю работать по системе PECS, потому что она учит ребенка коммуникативной инициативе.

Для детей, у которых более развиты навыки социального взаимодействия, но они не говорят, я обычно использую такие подходы как язык жестов, коммуникативная доска или устройства для генерации речи. Потому что у этих детей уже есть попытки вступить в коммуникацию, и я просто даю им слова для того, чтобы это сделать.

Так что для меня главный вопрос в том, есть ли у ребенка попытки вступить в коммуникацию, и если да, то как выглядят эти попытки. На основе этого можно принять решение о том, какой метод лучше всего подходит ребенку. И мы подбираем систему в соответствии со способностями ребенка, а не наоборот.

Если говорить о коммуникаторах, то что это за устройства и насколько они доступны?

Это очень интересная область. Использование технологий — это относительно новая область, современные коммуникаторы существуют лишь где-то пятнадцать лет. Если же говорить о приложениях для коммуникации, то первая такая программа появилась только в 2006 году. Однако несмотря на новизну они сейчас очень востребованы в США, и даже можно приобрести планшет iPad для этих целей за счет медицинской страховки. Насколько я знаю, в России больше популярны Android, чем Apple, так как они более доступны.

И я думаю, что если вы выбираете приложение для коммуникации, то следует подходить к этому как к выбору системы коммуникации в целом. Нет такого приложения, которое подойдет каждому, нужно оценить потребности конкретного ребенка. Есть приложения, которые рассчитаны на сравнительно маленький словарь, например, GoTalk, есть даже бесплатные приложения, которые можно использовать для этой цели. А есть и очень дорогие приложения, которые представляют собой целый язык. Я понимаю, что последняя категория приложений обычно не русифицирована, поэтому они не доступны в России, но в США они очень популярны, например, к таким приложениям относятся Proloquo, «Speak for Yourself», а также существуют отдельные устройства-коммуникаторы DynaVox. Все это системы, которые представляют собой целый язык, и они включают тысячи уже записанных слов и возможности составлять из них предложения.

Я знаю, что в России такие системы уже начинают применяться, но все еще не на таком уровне. Поэтому на тренингах в России я обычно рекомендую менее высокотехнологичные методы, так как в них можно в большей степени контролировать объем словаря и развитие языка. И я думаю, что подобные приложения становятся все более доступны в России, но пока они в основном дело будущего.

Однако если ребенок пока не нуждается в системе полноценного языка, которая включает тысячи слов и грамматику конкретного языка, то можно использовать такие приложения как GoTalk и PECS IV, в которых вы сами загружаете изображения и сами записываете слова, которые будут соответствовать этим изображениям, и которые, благодаря этому, подходят для применения на русском языке. И на начальном этапе обучения альтернативной коммуникации такие приложения — это очень хорошие варианты. Но если в будущем семье понадобится программировать сотни, тысячи слов, то лучше все-таки низкотехнологичные методы, которые проще контролировать.

Что касается отдельных устройств-коммуникаторов, то сейчас их также производят в виде планшетов, так что в любом случае вы будете иметь дело с планшетом, единственная разница — отдельное ли это устройство или обычный планшет, на который вы установили специальное приложение. В качестве базы для таких устройств используется все тот же планшет Android, разница только в программном обеспечении. Раньше в качестве коммуникаторов использовались устройства, которые можно было достать только в определенной компании и больше нигде. Теперь это все тот же планшет с сенсорным экраном.

И в США такие устройства или планшеты можно получить за счет медицинской страховки, но только если обследование ребенка покажет, что коммуникатор действительно ему подходит.

Как действовать родителям, для которых нереально найти такого специалиста, как им обучать ребенка пользоваться выбранной системой коммуникации?

Главное нужно понять, что, когда вы знакомите ребенка с системой ВАК, вы знакомите его с иностранным языком. Он не поймет, что делать и как этим пользоваться сам по себе, понадобится систематическое и продолжительное обучение. Например, я совсем не говорю по-русски. Так что это все равно, что отправить меня в центр России без переводчика. Я не пойму, как говорить по-русски только потому, что люди вокруг так говорят. Поэтому даже если система ВАК кажется вам очень простой, а ее применение очевидным, это еще не значит, что ребенок знает, как ей пользоваться.

Даже если на картинке изображено яблоко, это еще не значит, что ребенок поймет ее значение. Таким образом, какое-то время вам нужно будет обучать ребенка. Один из наилучших способов это сделать — это показать ребенку, как можно пользоваться системой на собственном примере. Если вы хотите поговорить о получении яблока, вы подводите ребенка к коммуникатору, и вы сами нажимаете на картинку с яблоком, после чего берете яблоко. Таким образом, вы сами начинаете говорить с помощью устройства. Точно так же, если я хочу научиться говорить по-русски, мне нужно, чтобы кто-то обращался ко мне по-русски, а я бы смогла отвечать ему по-русски, и таким образом я бы тренировалась в новом языке. Так что полезно думать об этом как о втором языке и говорить с помощью системы коммуникации ребенка, чтобы моделировать ее использование.

Если же вы выбрали в качестве системы коммуникации PECS, то вам нужно будет прочитать руководство по этой системе и следовать ему. PECS — это очень систематичный и очень структурированный подход. Нельзя просто посмотреть видео и начать использовать эту систему. По счастью, руководство по PECS очень подробное, но при этом несложное и доступное для понимания. В нем есть все нужные детали того, что делать на том или ином этапе, при этом всегда поясняется, почему это необходимо. Так что я думаю, что это руководство — хороший вариант для родителей, у которых нет возможности получить профессиональную помощь.

Что касается приложений для планшетов, то к ним никаких руководств не прилагается, потому что стратегии для обучения этим приложениям такие же, как и при обучении устной речи. Так что родителям стоит поискать статьи на тему «моделирование речи», а потом просто переносить техники обучения устным просьбам на приложение. Также можно посмотреть материалы о том, как родителям лучше поощрять речь ребенка, реагировать на нее, а также о том, как «следовать за инициативой ребенка». Все эти техники, по большому счету, не меняются, различие только в средстве коммуникации.

Вы приводили примеры о PECS, других системах на основе изображений и устройствах, но не о жестах. Эффективны ли они в принципе, и кому может подойти обучение жестам?

Они могут быть очень эффективны для некоторых детей, точно также, как и любая другая система ВАК. Некоторые дети осваивают их очень быстро и добиваются больших успехов именно на жестах, но у многих детей с аутизмом есть проблемы с имитацией. Им может быть особенно сложно обращать внимание на то, что делает говорящий человек. Так что некоторые очень быстро начинают использовать жесты в качестве просьбы, но для других это очень сложная задача, им гораздо лучше подходят изображения или коммуникаторы.

Кроме того, некоторым детям не хватает двигательных навыков и гибкости пальцев, чтобы воспроизвести жест правильно. Так что все приходит к тому, что они начинают общаться с помощью своих собственных жестов. И если члены семьи могут научиться понимать эти жесты, то посторонние люди, даже те, кто знакомы с жестовым языком, не смогут понять ребенка, и это будет сильно его расстраивать. Важно понимать, что жестовый язык — это самостоятельный язык, и если никто, помимо родителей ребенка, не понимает жесты, то это может изолировать ребенка.

Тем не менее, жесты могут быть эффективны в определенных случаях. Не все семьи могут позволить себе планшет с дорогим приложением для коммуникации. К тому же планшеты ломаются, карточки с изображениями теряются или их можно забыть взять с собой, а собственные руки всегда в твоем распоряжении. Поэтому иногда жесты используются не как основная система альтернативной коммуникации, а как «запасной вариант», и ребенок учится жестам одновременно с другой системой.

Я должна подчеркнуть, что каждый из перечисленных подходов ВАК имеет свои плюсы, и я не отговариваю пробовать любой из них. Просто основная проблема с жестами в том, что, в отличие от изображений или синтезируемой речи, они будут понятны очень ограниченному числу людей.

Если вернуться к разговору про устную речь. В каком возрасте еще есть надежда, что ребенок начнет говорить?

Исследования показывают, что если у ребенка нет функциональной устной речи к возрасту шести лет, то вероятность, что она у него появится, очень мала. Но! Здесь, в России, я встречала людей, которые начали говорить свои первые слова в 20-25 лет. Мне кажется, говоря о возрасте человека, очень важно понимать, в какой степени для него были доступны качественные методы помощи. Очень многие люди никогда не получали помощи, основанной на научных доказательствах, они могли впервые получить такие услуги только в 20 лет, а то и позже.

Устная речь может появиться в любом возрасте, на этот счет нет никаких жестких возрастных ограничений. Другое дело, если ребенок получал интенсивные качественные услуги с 15 месяцев или 2 лет, и при этом к возрасту 6 лет у него нет никакой устной речи. Для такого ребенка вероятность появления функциональной устной речи действительно, к сожалению, очень мала. Но если человек не получал услуг с доказанной эффективностью, то сколько бы ему ни было лет, я предпочитаю считать, что потенциал еще есть. Ведь даже если ребенку помогал прекрасный логопед, он мог просто не знать о специфических методах развития коммуникации, в том числе о ВАК, которые можно попробовать сейчас.

Помимо ВАК, что еще можно сделать для развития коммуникации ребенка?

Основные факторы, предсказывающие появление устной речи, помимо работы непосредственно над коммуникацией — это игровые навыки, навыки совместного внимания и навыки имитации. Исследования показывают, что развитие каждой из этих групп навыков, улучшает прогноз в отношении развития речи.

У маленьких детей с аутизмом игровые навыки и навыки совместного внимания часто не соответствуют их возрасту. Так что поиск того, что может мотивировать ребенка, поощрение новых видов игры, и любые совместные игры с ребенком также поощряют развитие речи, а заодно и укрепляют отношения родителей и ребенка. Я верю, что родители — это главные помощники в любой терапии, и очень часто именно благодаря родителям случаются самые большие прорывы в развитии ребенка.

Надеемся, информация на нашем сайте окажется полезной или интересной для вас. Вы можете поддержать людей с аутизмом в России и внести свой вклад в работу Фонда, нажав на кнопку «Помочь».

Как научить разговаривать ребенка-аутиста - Autism - MAMA.md

Как научить говорить особенного ребенка: факты от опытного логопеда

 

Дети аутического спектра, как правило, плохо разговаривают для своего возраста или, что бывает чаще всего, и вовсе не говорят. Они не могут коммуницировать с помощью речи и даже воспроизводить, казалось бы, самые элементарные звуки. И только постоянные систематические занятия смогут научить ребенка произносить хотя бы простейшие слова и понимать обращенную речь.
—Первоначальная работа ведется над пониманием обращенной речи, выполнением команд и инструкций, устранением неречевых вокализаций (визгов, криков, напоминающих дельфиний крик), эхолалии, речевых штампов и так далее.
Таким образом, первое правило – научить ребенка подражать звукам человеческой речи, голосам животных, звукам окружающих его предметов и среды.
Малыши повторяют, как мычит корова, как лает собака, как кукарекает петух, как воет ветер, как едет трактор. На основе этого у ребенка формируются навыки звукоподражания и звукопроизношения – начиная с простейших звуков «а», «о», «у» к более трудным звукам нашей фонетической системы. У детей с аутизмом могут быть нарушения работы левого полушария головного мозга, которое отвечает за речь. Тогда его функции на себя берет правое полушарие, отвечающее за пение. По этой причине ребенку легче постигать речь через пение. Потом, спустя некоторое время, переходят к словам.
Ребенка, которому тяжело воспринимать человеческую речь, надо подготовить к тому, что ничего плохого и опасного в голосе человека нет, что очень хорошо уметь разговаривать. Детей с аутизмом нужно всегда обязательно поощрять за их старания. Умение разговаривать здесь – не исключение. Ребенок должен знать, что если он скажет слово или фразу – то несомненно получит за это награду. Мотиватором служит вкусняшка, сладости, которые малыши получают за успешно выполненное задание.
Многие дети понимают, чего от них ждут, но часто не знают, как это сделать.
Поэтому длительной и кропотливой является работа над отправной точкой развития речи. После ее появления процесс обучения для малыша становится проще.
Если говорить о пошаговости, то здесь принцип тот же, что и при обучении обычных детей. Работа строится от звукоподражаний к слову, фразе, и так далее. Все, как у маленьких детей – от лепета до первых слов. Сначала формируются звуки, слоги, простейшие двусложные слова. Как и у обычных детей, первым появляется слово «мама», и это большая радость для всех! Работа над фразой начинается с имен существительных, затем существительные и глаголы (например, «Мама, дай»), потом более сложные конструкции. Тут ребенку с аутизмом могут прийти на помощь наглядные материалы – альбомы по развитию речи, таблицы, сюжетные картинки и карточки PECS (представляют собой картинки с изображением существительных, глаголов, прилагательных; карточки выстраиваются в последовательности – так, как ребенок должен формировать фразу). У малыша появляется представление о последовательности, он учится выражать свои потребности, мысли и желания.
У каждого ребенка с аутизмом много особенностей, на которые необходимо обратить пристальное внимание, поэтому с логопедом им лучше заниматься индивидуально. Каждый случай, с каким приходится сталкиваться – уникальный. Одни очень быстро овладевают навыками речи, других приходится долго обучать на первом этапе. У этих детей, как правило,моторная алалия, то есть ребенок не знает, каким образом появляется данный конкретный звук. Они не могут контролировать органы артикуляции – в какое положение ставить губы, как выдувать воздушную струю. Поэтому, в отличие от детей с нормой, с особенными детьми приходится сосредотачивать внимание над каждым этапом – как дуть, как открывать рот, как выдувать воздух из диафрагмы (похлопывая его при этом по грудке и выкладывая губы в определённом положении). Также необходимо таким детям дать возможность почувствовать голосовую вибрацию и звуковую волну, прикладывая его руку, голову к груди логопеда, работать у зеркала.
То есть то, что дается естественно и непринужденно обычным детям, для малышей с аутизмом – колоссальный труд.
Речь у таких детей появляется сначала сопряжено. Затем отражённо, и только потом — самостоятельно.
Касательно групповых занятий, то они также играют немаловажную роль. Работа ребенка в группе – это творческие занятия, направленные на автоматизацию, закрепление приобретённых навыков. Это здоровое соперничество – кто первым даст ответ, у кого получится лучше, громче, правильнее. На групповых занятиях дети учатся работать в коллективе, находиться в социуме, вырабатывают способности к диалогу.
Если с ребенком действительно работать, то результат не заставит себя ждать.
В одном саду был случай, когда заговорил 7-летний мальчик. Причем он никогда не издавал никаких звуков, кроме дельфиньего крика, и надежды на то, что он когда-либо заговорит, не было. Но, логопеды-дефектологи делали свою работу, и после полугода непрерывного труда ребенок показал, что хочет говорить. Он хватал книгу, молящим взглядом смотрел на педагога, демонстрируя свою готовность, — и действительно это сделал. Хотя в семь лет для неговорящего ребенка -это достаточно тяжело. У него была тяжелая форма алалии. Нарушение восприятия человеческой речи, проблемы эмоциональной сферы, которые удалось преодолеть, завоевав его доверие и расположение. Ведь если нет эмоционального контакта с педагогом, то достичь позитивных результатов сложнее.
Когда ребенку помогают и вселяют веру, что у него все получится, то результат непременно будет!

 

п.с. в Киевском Центре Стимуляции Мозга оказывают помощь в консультировании, лечении и реабилитации детей с РАС, детей-аутистов.
Применяются новейшие не-медикаментозные методики- Томатис(Бесон), ТКМП( микрополяризация),Интайм,Тимокко,Форбрейн и другие.

 


ссылка на первоисточник :
http://www.deti-club.ru/kak-nauchit-govorit-osobennogo-rebenka-fakty-ot-opytnogo-logopeda

Editat de abe

Что такое аутизм и почему его не всегда правильно ставят

Сегодня, 2 апреля, отмечается Всемирный день распространения информации об аутизме. К этой дате «Афиша Daily» публикует отрывок из книги лечебного педагога Алексея Мелии «Мир аутизма. 16 супергероев», в котором рассказывается, насколько разными бывают особенности и почему врачи часто ошибаются.

Занимаясь с людьми с нарушениями развития, я постоянно сталкиваюсь с тем, что профессиональный язык работает неэффективно. Полноценной передачи информации от специалиста к специалисту не происходит. Да, какой‑то прием сработал в одном случае, но неизвестно, как он сработает в другом. Мне говорят, что завтра я увижу нового ученика. Известен его диагноз «аутизм», но такая «профессиональная» информация оказывается не такой уж и ценной в сравнении с простым бытовым описанием: «он какой‑то странный, не говорит и подпрыгивает».

Есть такое выражение: «If youʼve met one person with autism, youʼve met one person with autism» — «Если вы встретили одного человека с аутизмом, то вы знаете лишь одного человека с аутизмом».

У ребенка заметили отставание в развитии. Родители обратились к специалистам. Специалисты стали работать с ребенком в рамках какой‑либо системы игровых занятий. А может быть, стали обучать альтернативной коммуникации на основе поведенческого подхода. Потом родители решают сходить к психиатру. И вот они получают медицинский диагноз и спешат сообщить педагогу важную информацию: «У ребенка аутизм!» Только эта информация никак на занятия не влияет и ничего в поведении ребенка не объясняет.

Я с большим уважением относился к медицинскому диагнозу, когда только начинал заниматься с аутистами. За диагнозом «аутизм», про который я много слышал и что‑то читал, должно было скрываться нечто значимое и важное. Мне хотелось приобщиться к этому особому знанию, начать видеть за внешними признаками, симптомами, поведенческими проявлениями скрытую от глаз непосвященных особую сущность, приблизиться к  пониманию какой‑то закономерности. Собирая информацию, изучая диагностические методики, практику их применения, историю возникновения этого диагноза, я так и не смог обнаружить за всем этим ни сущности, ни особого знания. Я почувствовал себя обманутым, и это меня разозлило.

Негативный отбор

В современной классификации детских психических расстройств во главу угла поставлены отрицательные признаки. Получается очень своеобразная логическая конструкция. Диагноз основан не на том, что ребенок переживает, что делает, а на том, какие ожидания окружающих оказались неоправданными. Ребенок не слушается старших, родителей, представителей власти — значит, у него вызывающее оппозиционное расстройство. Ребенок неусидчив, не выполняет задания до конца — значит, у него СДВГ: синдром дефицита внимания и гиперактивности. Ребенок не социализируется и не коммуницирует согласно возрастной норме — говорят о расстройстве аутистического спектра, аутизме. Отбор по отрицательным признакам, исходя из того, кем кто‑то не является в глазах окружающих, просто не способен дать ответ на вопрос: кто же на самом деле человек, с которым ты взаимодействуешь?

Почти сто лет назад Лев Выготский писал о принципе отрицательного отбора: «Всякий понимает, что нет ничего более ненадежного, чем отбор по отрицательным признакам. Когда мы ведем такой отбор, то рискуем выделить и объединить в одной группе детей, которые с позитивной стороны будут иметь мало общего. Если мы станем отделять цвета, которые не являются черными, только по этому отличительному признаку, то получим пеструю смесь: тут будут и красные, и желтые, и синие цвета — только потому, что они не черные. Массовая педагогическая практика (европейская и американская) показала: установка на отрицательные признаки и привела именно к тому, что случилось бы с тем, кто вздумал отбирать цвета по отрицательному признаку, то есть отобранные дети оказались глубоко разнородными по составу, структуре, динамике, возможностям, по причинам, которые привели их к этому состоянию».

Нельзя сказать, что негативный отбор совершенно неправомерен. Он наверняка имеет свою область эффективного применения. Так, раннее выявление каких‑либо нарушений в возрасте одного или двух лет и своевременная помощь могут дать хороший результат. По крайней мере, нельзя этого исключать. Но пока в наблюдаемой реальности конструкция аутизма ведет скорее к систематической дезорганизации знаний о детских психических расстройствах. А главное — аутизм все больше превращается в инструмент сокрытия незнания.

Психиатр говорит об аутизме, когда не знает, что происходит с ребенком. При этом всем остальным — педагогам, исследователям и обществу в целом — предлагается верить в то, что под этим диагнозом врач подразумевает некую глубокую и значимую истину.

Изменившееся лицо аутизма

Николь Янковски живет в Америке, она — мама мальчика с диагнозом «аутизм». Николь пишет, что, когда они приходят на мероприятия для детей с аутизмом, ее сын выглядит там как белая ворона. Когда‑то такой ребенок, машущий руками и с трудом произносящий отдельные слова, был бы самым обычным аутистом. Но теперь родители детей с таким же диагнозом и волонтеры, помогающие им на этих мероприятиях, просто не знают, как взаимодействовать с ее сыном. Они не привыкли к таким детям. У других детей аутизм скорее напоминает чудачество. Николь пишет: «У моего мальчика классический аутизм. Именно он был лицом аутизма полвека назад, но сейчас именно такой аутизм исключают из описания. Нам нет места в реальном мире, где дети могут улыбаться, заводить друзей и отвечать на вопросы. И часто нам нет места даже в сообществе аутизма, где все чаще диагноз ставится более высокофункциональным детям… Теперь лицо аутизма — это мальчик со странностями в общеобразовательном классе». Николь обращается к сообществу: «…пожалуйста, не забудьте о нас. Об аутичных взрослых. О людях с тяжелой инвалидностью. О детях, которые не сойдут за чудаковатых. О тех, у кого есть тяжелые нарушения. О моем сыне. Не надо выпихивать нас на обочину».

Журналистка Алиса Опар пишет о людях с тяжелым аутизмом: они не могут спокойно лежать, пока аппараты исследуют работу их мозга, не могут ответить на вопросы, они вряд ли будут сидеть на месте и заполнять тесты. Так они все больше оказываются на периферии исследований аутизма. Логан Винк, глава Медицинского центра в госпитале Цинциннати, говорит: «Изучать эту группу очень, очень непросто. Они плохо сотрудничают и в некоторых случаях могут быть опасны. А родители настолько загружены проблемами, что очень трудно добавить к ним еще и участие в исследовательской работе».

Число тех, кого сегодня называют аутистами, продолжает расти. В конце апреля 2018 года в США была опубликована статистика, согласно которой число аутистов выросло на 15% по сравнению с предыдущими опубликованными данными о распространенности аутизма. Теперь уже каждый 59-й ребенок имеет такой диагноз. Но за несколько дней до этого, выступая в Москве на международной конференции, посвященной аутизму, американский психиатр Стивен Эдельсон упоминал исследования, доказывающие, что аутизм обнаруживается у каждого 36-го ребенка.

Вместе эти факторы — негативный отбор и изменившееся «лицо аутизма» — способны очень эффективно запутать ситуацию.

Диагностические перетасовки

«В отношении лечения шизофрении перепробовано очень много средств без достаточных результатов… Значительных успехов можно достигнуть лишь путем лечебной педагогики. Вовлечением ребенка в жизнь коллектива, насыщением среды яркими эмоциональными раздражителями можно пробить брешь в стене его аутизма и сделать его социально приемлемым членом детского общества. В случаях мягко текущего процесса ребенок может совершать свой обычный жизненный путь (ясли, детсад, школа, вуз)» — это цитата из книги «Психоневрология детского возраста», советского учебника 1935 года.

Что изменилось с тех пор?

В наши дни те же самые дети — дети, у которых шизофрения началась в раннем возрасте, — скорее всего, получат диагноз «аутизм». А в придачу к диагнозу им назначат психофармакологическое лечение. Сейчас около 70% аутистов в Америке принимают психотропные препараты. Детская шизофрения как бы исчезла, но во взрослом возрасте те, кому в детстве был поставлен диагноз «аутизм», начинают массово «заболевать» так называемыми «большими психозами». Точнее, они получают дополнительные диагнозы. У 26% взрослых аутистов выявляется депрессия, около 15% получают диагноз «биполярное расстройство». И… «шизофрения». По различным данным, ее распространенность среди аутистов тоже колеблется в пределах 15%. Эти данные опубликовала американская организация Autism Speaks в отчете «Аутизм и здоровье» от 2017 года. Замена в детской диагностике шизофрении аутизмом почему‑то сопровождается эпидемией шизофрении среди подросших аутистов.

Перетасовка диагнозов напоминает смену картинок в калейдоскопе. Но далеко не все психиатры успевают за скоростью его вращения. Так, сейчас в Петербурге ребенку, скорее, поставят диагноз «умственная отсталость». А в Национальном центре психического здоровья в Москве — своя система классификации. Там при формальном диагнозе, основанном на международной классификации болезней, по-прежнему сохраняется «детская шизофрения», но скрытая внутри диагноза «атипичный аутизм». Сотрудница НЦПЗ Мария Красноперова, исходя из концепции детской шизофрении, описывает случаи кататонического регресса. Эти описания отчасти похожи на то, что происходило со мной. Регресс у ребенка начинается в том числе и после ОРВИ, у него наблюдается моторное возбуждение с состоянием отрешения, бег по кругу, наличие элементов застывания.

Очень трудно понять, что стоит за всеми этими диагностическими перетасовками, и еще труднее разобраться в том, какой системы взглядов придерживается психиатр, который ставит диагноз. Но диагностический калейдоскоп не останавливается. Впереди введение новой международной классификации болезней 11-го пересмотра, процесс, который неизбежно растянется на много лет. В итоге, скорее всего, влияние концепции негативного отбора еще больше усилится. В центре внимания новой классификации — сочетание аутизма с интеллектуальным отставанием и речевыми нарушениями. Такая регистрация педагогических трудностей, скорее всего, имеет весьма отдаленное отношение к медицинской помощи и лечению болезней. Да и педагогу вряд ли стоит рассчитывать на подобную диагностику, если он хочет разобраться в состоянии человека, с которым постоянно взаимодействует.

Издательство «Эксмо», Москва, 2019

Заказать книгу по ссылке

Подробности по теме

Кто такие «дети с особенностями» и как складывается их жизнь в России

Кто такие «дети с особенностями» и как складывается их жизнь в России Новости, анонсы, релизы и личные мнения наших редакторов на все это — в телеграме «Афиши Daily».

Тем у кого "ну нет, у нас точно не аутизм!" и тем, у кого все же аутизм:

Если у вашего ребенка явно есть проблемы с развитием, как то:

он не говорит (зазубренные стихи и фразы из мультиков не в счет, это эхололалия, любые перечисления невпопад — тоже не речь. Речь, это когда вы спросили «ты хочешь идти в зоопарк? А он вам „конечно! Ведь я так люблю животных!“)

не понимает обращенную речь (выкинь мусор или пойдем спать — это не понимание, понимание — это „что надо сделать, если с тобой здоровается незнакомая тетя?“ И малыш отвечает „пивет“ или машет рукой)

если он не здоровается с людьми — ни с родственниками, когда они приходят домой, ни когда сам входит в кабинет, например, врача

если он не заинтересован в людях, не рассматривает случайных людей, скользит по ним взглядом, как по мебели

минимально контактирует со сверстниками, может сидеть рядом и играть в тот же конструктор, но играет „отдельно“, сам; может максимум отобрать у другого ребенка понравившуюся игрушку

тянет маму за руку и бросает эту руку в сторону нужной ему вещи, использует мамину руку как инструмент вместо того, чтоб попросить (жестами или словами)

долго отсутствует указательный жест, тыкает в книгу, но не показывает ворону на столбе

Не делится с родителями радостью а ля „смотри, какой рисунок я нарисовал“ или „вот какой у меня трактор“

Есть проблемы с приемом пищи, ограниченный набор продуктов, плохой аппетит, „просто он у нас малоежка“

Может (но не должен) не любить конкретные предметы своей одежды, пачкать руки (в в пальчиковых красках), яркий свет (закрывает глаза руками, щурится), закрывает уши руками при шумах

Не отвечает на вопросы про себя, что ему нравится, вообще тема „себя“ закрыта

Задержка отклика на имя, „откликается, только если ему интересно“

Недостаточный зрительный контакт даже с родственниками, „если он не в настроении, его не дозовешься“

При этом он может быть очень ласковым, обниматься, целоваться, заглядывать в глаза, он может знать алфавит, цифры, цвета, фигуры, считать и даже читать и писать и вообще производить впечатление нормального ребенка, но с „с характером“. Он НЕ ОБЯЗАН при этом раскачиваться, тупо смотреть в одну точку, крутить колесики машинок и расставлять предметы рядами (хотя может — но в этом случае родители обычно раньше все понимают).

Так вот если это про вашего ребенка — это расстройства аутического спектра. Не надо этого бояться, отмахиваться, думать, что „у нас — точно нет“, вы теряете время, которое могли бы направить на вытаскивание своего ребенка из этого. Врачи могут „даже не упоминать аутизм“ и ставить ЗРР, ЗПРР и алалию (которая не ставится просто так, а только на основании исследований мозга, выявивших его органическое поражение).

»Да нет, эта тетка явно пишет какую-то чушь. Аутисты совсем не такие! Наш — точно не аутист!" Аутисты — все разные! И вообще у соседки до 5 лет не говорил, а потом кааак прорвало" — не надо так! Да, у вас не «ранний детский аутизм», тот самый с качаниями и кручениями, а просто «спектр», его можно и нужно корректировать, ребенка можно сделать почти нормальным!

Не тратьте время на неверие, не прячьте голову в песок. Если написанное — про вас, пройдите тесты

http://xn----7sbqgez1bcecc.xn--p1ai/test и

http://stopautism.ru/%D1%82%D0%B5%D1%81%D1%82-%D0%B0%D1%82%D0%B5%D0%BA/ и начинайте действовать! Как только родители признают проблему, прогресс идет семимильными шагами, за полтора месяца с момента постановки диагноза моей дочери мы научились наверно большему, чем за всю предыдущую жизнь. Давайте объединяться, обмениваться опытом и наработками и возвращать детей в общество!

О чем надо знать, общаясь с аутистом? 10 важных моментов

Людям с аутизмом, как правило, сложнее дается опыт личного общения. Все потому, что их восприятие мира значительно отличается от того, как видит мир обычный -«нейротипичный» — человек. О чем нужно помнить, общаясь с аутистом? Вот десять важных моментов, которые помогут вам лучше понять человека с аутизмом.

Детский писатель Майкл Розен не из тех, кто привык оставлять проблему без решения. Розен расспросил Алис Роу — британскую писательницу, которая пишет об аутизме — о том, как аутисты видят мир и как их восприятие мира отличается от «нейротипичного».

Алис Роу сама живет с синдромом Аспергера. По ее словам, мы все должны понимать, что у каждого из нас своя картина мира, которая отличается от того, как видит мир другой человек. И у каждого — свой уникальный опыт общения с миром. Если помнить об этом, то, по словам Роу, мы сможем понимать друг друга лучше.

Алис Роу рассказала Майклу Розену о десяти особенностях восприятия мира у аутистов, которые для них характерны во время общения.

Все аутисты разные, но у них похожие проблемы

Согласно данным Всемирной организации здравоохранения, один из 160 детей в мире рождается с расстройством аутистического спектра (аутизмом). В Великобритании процент детей с аутизмом среди новорожденных выше среднемирового: расстройство диагностируется у одного из ста младенцев.

Pexels.com

Расстройство аутистического спектра влияет на то, как человек видит, слышит, чувствует и взаимодействует с миром и людьми. Для человека с аутизмом может быть сложнее разговаривать с окружающими и распознавать знаки коммуникации. В таких ситуациях они испытывают большое беспокойство.

Для многих людей с расстройством аутистического спектра сложно воспринимать речь, если присутствуют посторонние шумы.

У разных людей аутизм проявляется по-разному. У некоторых проявления расстройства могут быть гораздо более заметными, чем у других. Некоторые люди с аутизмом могут быть очень шумными и общительными, а другие — вести себя тихо и отстраненно. Некоторые из них предпочитают общаться с помощью жестов и знаков.

Хотя многие аутисты сталкиваются с похожими проблемами в общении, влияние этих особенностей на их жизнь может очень сильно отличаться.

Аутистам может быть сложно воспринимать чужую речь на фоне шума

«Нейротипичный» человек (то есть не страдающий расстройством аутистического спектра) может концентрироваться на том, что говорит в данный момент конкретный человек, потому что его мозг способен отсекать все не относящиеся к разговору звуки и шумы.

Но многие люди с аутизмом не способны фильтровать звуковой поток и не способны отделить фоновый шум от речи. В этом случае сразу несколько звуковых потоков — уличный шум, музыка, разговоры прохожих — одновременно конкурируют за их внимание.

Расслышать, что говорит тот или иной человек, может оказаться сложной задачей для аутиста. Ему необходимо гораздо больше усилий, чтобы сконцентрироваться на речи, и скорее всего ему придется просить собеседника повторить сказанное.

Аутисты могут не улавливать намеки и сигналы, которые легко понимают другие люди

Люди с аутизмом могут не улавливать такие нюансы, как тон речи и выражение лица. Им также сложно понять, как эти нюансы меняют значение сказанного.

Pixabay.com

В результате, люди с аутизмом более склонны воспринимать слова буквально. Им сложно понять сарказм, иронию, метафоры или игру слов.

Но не надо думать, что любой человек с аутизмом не способен понять нюансы разговора. Многие аутисты способны научиться считывать и расшифровывать такие невербальные сигналы, но дается им это зачастую довольно тяжело.

Контекст помогает пониманию

Иногда человеку с аутизмом сложно понять истинное значение того, о чем говорят другие, если им не хватает информации для понимания контекста. Поэтому очень важно в разговоре с человеком с расстройством аутического спектра давать наиболее полный контекст для понимания ситуации.

Алис приводит пример. Если вы вдруг увидели на пляже Брайтона дрозда и воскликнули «Ого, посмотри, какая птица!», то ваш собеседник с аутизмом, скорее всего, не поймет, что именно вы имеете в виду. Но если вы добавите: «Так странно видеть дрозда у моря», то ему будет гораздо проще.

Человеку с аутизмом сложно понять, когда уместно разговаривать с другими

Людям с аутизмом, как правило, сложнее «считывать» некоторые знаки в поведении человека, понимать жесты и мимику, поэтому им сложнее решить, когда стоит начать разговор, а когда лучше этого не делать.

Если вы заговорите первым, пригласите собеседника с аутизмом к дискуссии и зададите прямые вопросы, то вы поможете ему решиться на разговор.

Люди с аутизмом могут говорить медленно и монотонно

Для многих людей с аутизмом разговор требует долгого и внимательного осмысления.

Они могут говорить очень медленно и монотонно, могут заикаться, делать смысловое ударение на неожиданных словах, или вдаваться, как нам кажется, в ненужные детали.

Pixabay.com

Поскольку такой разговор для «нейротипичного» человека обычно выглядит странным, то собеседник аутиста может отвлечься от разговора, перестать слушать или перестать стараться понять то, что ему говорят.

Поэтому очень важно не торопить человека с аутизмом и слушать своего собеседника внимательно.

Непринужденность в общении может быть кажущейся

Многие люди с высокофункциональным аутизмом могут легко имитировать непринужденное общение. Однако в то время, когда нам кажется, что они получают удовольствие от разговора, на самом деле они заняты невероятно трудной работой.

Иногда они бы предпочли написать текстовое сообщение или отправить электронное письмо — для людей с аутизмом зачастую это менее стрессовая форма общения, чем личный разговор.

Люди с аутизмом иногда выражают эмоции неожиданным образом

Люди с аутизмом могут выражать свои эмоции непривычным для «нейротипичных» людей способом или очень неожиданно реагировать на некоторые события, потому что их восприятие происходящего довольно сильно отличается от общепринятого.

Например, Алис вспоминает, что когда она получила отличную оценку на экзамене и поступила в университет, все думали, что она будет счастлива. Но девушка вместо радости почувствовала тревогу, потому что поступление в университет для нее означало, что вся ее жизнь и привычный распорядок дня изменятся.

Иногда, когда аутисты испытывают очень сильные эмоции, им сложно подобрать слова, чтобы выразить свои чувства. В таком случае им можно помочь, задавая простые и ясные вопросы.

Люди с аутизмом могут повторять слова собеседника

Есть несколько причин, почему аутисты склонны повторять по несколько раз некоторые слова и фразы, сказанные собеседником.

Иногда они хотят показать, что они услышали сказанное, но не могут незамедлительно отреагировать на эти слова. Повторяя сказанное собеседником, они выигрывают время, чтобы собраться с мыслями.

Pexels.com

Они могут тревожиться и нуждаться в том, чтобы их успокоили и вселили уверенность.

Когда они повторяют ваши слова, это также может означать, что вы пока не очень полно ответили на их вопрос.

Иногда лучше написать, чем позвонить

Для некоторых людей с аутизмом гораздо легче выражать свои мысли не вслух, а письменно — общение с помощью текстовых сообщений и электронных писем может быть для них более подходящим способом ведения диалога.

Так у них есть время на то, чтобы обдумать ответ и сформулировать свои мысли, не переживая из-за необходимости поддерживать разговор.

Такой способ разговора также помогает им избежать необходимости считывать различные невербальные знаки общения, которые вызывают у них затруднения.

Люди с аутизмом, как правило, не очень любят общение по телефону. В этом случае им также приходится реагировать на сказанное очень быстро, также их может отвлекать от разговора фоновый шум.

Что может вызвать аутизм у ребенка, читайте здесь.

BBC В данном материале на законных основаниях могут быть размещены дополнительные визуальные элементы. Русская служба Би-би-си не несёт ответственности за их содержимое.

Обнаружили ошибку? Выделите ее и нажмите Ctrl+Enter.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *