Сказкотерапия в психологии: Что такое сказкотерапия и кому она может помочь?

Содержание

Что такое сказкотерапия и кому она может помочь?

Лариса Кононова — детский психолог. Около пяти лет назад в ходе коррекционной работы с детьми она начала сочинять персональные терапевтические сказки.

Чуть позже стала использовать открытки Полины Яковлевой, сочинять по ним сказки вместе с детьми. Эти открытки издательство «Речь» выпустило двумя комплектами: «Самый счастливый день» и «Тропинка к своему Я». А свой опыт сочинения персональных сказок Лариса Кононова изложила в сопроводительных брошюрах.

Мы поговорили с психологом о сказкотерапии, метафорических картах, о правилах техники безопасности при создании терапевтических сказок и о том, как сказка может помочь исправить поведение и решить психологические проблемы.

Лабиринт Чем отличается терапевтическая сказка от сказки как таковой?

 

Лариса Кононова:

Ничем не отличается! Ни формой, ни содержанием. Я бы сказала, что сказка становится терапевтической тогда, когда ее не просто так читают, а применяют специально. Специально для того, чтобы помочь человеку, взрослому или малышу, решить его проблему, справиться с трудностью. Терапевтическая, «лечебная» сила появляется в сказке, когда сказка либо предлагается в особое время, при особых обстоятельствах, либо обсуждается. Обсуждая сказку, взрослый задает вопросы, обращает внимание на отдельные моменты, высказывает свою точку зрения, предлагает новые пути решения. Именно «уместность» и углубление в сказку и делают ее терапевтической.

Л Можно ли использовать народные или авторские сказки в качестве терапевтических? Если да, то какие известные сюжеты вы порекомендуете для решения тех или иных проблем?

ЛК Народные сказки однозначно можно использовать в качестве терапевтических. Изначально сказка как жанр и создавалась для передачи опыта, социальных навыков, житейской мудрости от человека к человеку, от поколения к поколению. С авторскими гораздо сложнее. Особенно с теми, которые не стали классикой, не прошли проверку временем. В этом случае я бы посоветовала взрослым сначала самим внимательно читать сказки, а потом уж предлагать их детям. А то порой такие сказки встречаются…

Какие сюжеты подходят для решения тех или иных проблем? Все сказки, герой которых отправляется в путешествие, получает новый опыт, взрослеет особенно подходят детям, которые собираются «отправиться в собственное путешествие» — пойти в детский сад, в школу, в новый коллектив. Или проходят период адаптации в саду, в школе.

Сказки, в которых есть интенсивное взаимодействие между героями, подходят детям с трудностями в общении. Так, обсуждая сказку «Два жадных медвежонка», можно поговорить о том, что важно уметь договариваться, делиться, делать что-то вместе. Можно поговорить о честности, о хитрости, об умении распознавать хитрость.

Из авторских очень люблю «Праздник непослушания» Сергея Михалкова. Это, конечно, большое произведение, на занятии не целиком прочтешь, но и тем в нем много. Таких, которые важно обсудить с ребенком от старшего дошкольного и до подросткового возраста.

Л Какие требования предъявляются к арт-терапевтическим открыткам? Можно ли использовать любые наборы открыток?

ЛК Я не встречала понятия «арт-терапевтические открытки». Если говорить о метафорических картах, важно, чтобы изображения были многозначными, позволяли развивать сюжет, фантазировать. Важно, чтобы в наборе были изображения «с разным настроением» — вызывающие радость, надежду, тревогу, другие эмоции и чувства. Можно ли использовать любые наборы открыток? Можно, если вы умеете с ними работать. Я, например, использовала в работе наборы открыток «Эрмитаж» еще до появления метафорических ассоциативных карт.

Л Почему вы выбрали для своих наборов иллюстрации Полины Яковлевой и как вы их нашли?

ЛК Кто-то когда-то подарил мне два набора открыток Полины Яковлевой, вышедших в издательстве «Речь». Мне понравились изображения, такие загадочные, сказочно-туманные. И я вспомнила о них в тот момент, когда искала метафорические карты для работы с детьми. Конкретно — для сочинения сказок в процессе психокоррекционной работы. Метафорических карт не нашла, их просто не было. Зато нашла у себя на полке открытки Полины Яковлевой. Оказалось, что сказки прямо-таки живут в этих иллюстрациях! Работать с открытками понравилось и мне, и, что важнее, детям.

Л Как лучше работать с терапевтическими картами: в присутствии специалиста или самостоятельно? В чем различие этих подходов?

ЛК Можно работать и так, и так. Самостоятельно можно прорабатывать проблемы, ситуации, возникающие в повседневной жизни. Искать ресурсы, чтоб справиться с трудными ситуациями — это очень полезно. Можно использовать карты для развития воображения, для того, чтобы по-новому посмотреть на проблему, которая не хочет решаться. Самостоятельно с помощью карт можно сочинить историю для ребенка — сына или дочки, ученика, воспитанника — который столкнулся с трудностью, нуждается в поддержке, подсказке. А вот для решения глубинных проблем, проблем давних, повторяющихся, влияющих на всю жизнь человека и его семьи нужен специалист. В чем различие? Если вы решили проработать серьезную проблему самостоятельно, с картами в руках, ваши собственные психологические защиты не пустят вас в глубину проблемы. Так, пройдетесь по периметру. Если же по-любительски пытаться решить серьезную проблему другого человека, есть риск повторно травмировать его, столкнуться с сильными эмоциями, с которыми неспециалист не справится.

Л Кому нужнее и полезнее арт-терапия и сказкотерапия — детям или взрослым?

ЛК Я бы сказала, что арт-терапия, и сказкотерапия в частности, вообще «детский» инструмент психолога. Арт-терапия имеет дело с воображением, восприятием, образным мышлением. А они формируются раньше, чем логическое мышление, то есть, эти структуры по сравнению с логикой более «детские». Но арт-терапию используют и для работы со взрослыми, причем успешно используют. В этом случае арт-терапия обращается к «детским» структурам взрослого человека, к его «внутреннему ребенку». Помните, кому Сент-Экзюпери посвятил своего «Маленького принца»? «Леону Верту, когда он был маленьким». Так и арт-терапия обращена ко взрослому, «когда он был маленьким».

Л С какого возраста можно предлагать ребенку арт-терапевтические карты?

ЛК С того, когда ему станет интересно слушать сказки. Кто-то уже в три года слушает истории по картинкам и пытается сам сочинять. Кому-то карты и истории по картам станут интересны в пять. Все индивидуально. Но пробовать рекомендую с трех-четырех лет.

Л Как родителю определить: вот эта проблема ребенка может быть решена с помощью сказкотерапии?

ЛК Если мы разведем понятия «проблема» и «трудность», то я отвечу так. Если у вашего ребенка трудность — он легко обижается, ему сложно принимать решения или знакомиться с другими детьми — дайте ему совет, поддержите его в сказочной форме. Практически любые трудности детского возраста решаются с помощью сказок. Если же существует серьезная проблема — психическая травма, нарушено психическое здоровье, — то и в этом случае сказка может пригодиться. Как вспомогательный метод. Но в этом случае, как я уже говорила, необходимо работать со специалистом.

 

Л Как родителю или специалисту найти и выбрать карту, подходящую к проблеме именно этого ребенка?

ЛК Попросить ребенка сделать это! «Выбери, пожалуйста, карту, которая могла бы стать иллюстрацией к интересной/важной для тебя истории». Или: «Выбери, пожалуйста, карту, по которой мы с тобой могли бы сочинить историю». Или: «Представь себе историю, которая была бы важной или интересной для тебя. Какая картинка может стать иллюстрацией к этой истории?» Можно выбрать ту карту, которая, по мнению взрослого, подойдет в ситуации ребенка и начать рассказывать историю по этой карте. Если карта выбрана неудачно, если взрослый взял тему, которая ребенку неинтересна, ребенок скажет об этом. Или покажет своим поведением.

Л Каковы главные правила создания терапевтической сказки?

ЛК Главные правила: сказка должна соответствовать характеру, возрасту, проблемам и особенностям жизненной ситуации ребенка. А еще сказка непременно должна задействовать эмоции, рождать надежду, бережно вести ребенка (или взрослого адресата сказки) к переменам. Сказка не должна стыдить или высмеивать того, кому она адресована. Не должна пугать или лишать надежды — но это уже «антиправила». Я их называю «техникой сказочной безопасности».

Л Кто должен сочинять сказку по рисункам? Ребенок, родитель или психолог?

ЛК Есть разные подходы в работе со сказкой. Может сочинять ребенок, а взрослый (психолог, мама, воспитатель в саду) дополнять своими вариантами, вводить поддерживающих или помогающих персонажей. Или — взрослый сочиняет начало сказки, ребенок продолжает. Взрослый сочинят историю, а ребенок придумывает продолжение истории, рисует комикс по истории, что-то меняет или дополняет. Можно сочинять совместно, по ходу сочинения сказки подсказывать ребенку те формы поведения, которыми он не владеет. Вариантов множество! В работе с одним ребенком могут использоваться один или несколько вариантов работы со сказкой. В идеале, работа со сказкой начинается на занятии с психологом, а продолжается дома с родителями.

Л Могут ли родитель и ребенок вместе сочинять сказку?

ЛК Могут! И такое времяпрепровождение будет и интересным, и полезным.

Л Можно ли работать с этими карточками в группах и всем вместе сочинять сказку?

ЛК Можно работать с карточками в группах — сочинять сказку «по цепочке», сочинять в парах, а обсуждать всей группой. Можно использовать карты как для развития творческого воображения, так и для решения психокоррекционных задач.

Л Сколько карточек надо использовать для одной истории? Надо ли их выбирать самому? Предложить выбор ребенку? Или вытаскивать карточки произвольно?

ЛК Сколько карточек использовать — вопрос не такой уж простой. Количество карточек зависит от особенностей «сказочника». Есть дети, которым сложно довести до конца любое дело, будь то осенний рисунок или пластилиновый человечек. Им желательно ограничивать количество карт тремя или пятью. Робким и тревожным детям проще, когда нет лишних ограничений. Им я не предлагаю «выбрать три карточки», а говорю, что они могут выбрать столько, сколько хотят сами. Вытаскивать карточки произвольно или выбирать — тоже непростой вопрос. На начальном этапе работы однозначно — выбирать. Иначе ребенок может случайно вытянуть карту, которая напомнит о травматичной ситуации.

Л Обязательно ли терапевтическая сказка должна закончиться счастливо?

ЛК Я так скажу — сказка должна дать надежду. Есть форма сказки — сказка-предостережение. Она может закончиться не на самом счастливом для героя эпизоде, но должно остаться чувство, что выход есть. Что герой попробует поступить так или вот так, и тогда у него обязательно получится. Но чаще всего — да. Чаще всего сказка заканчивается на том, что герой решает проблему, справляется с трудностью, что-то для себя понимает, меняется и переходит на новый уровень.

Л Бывает ли так, что задуманная терапевтом история развивается не так, как предполагалось?

ЛК Бывает, и это — ух! Это профессионально очень интересно! Это значит, что рядом со мной человек со своим взглядом на жизнь, отстаивающий свои цели и ценности. Если ребенок, подросток предложит свое развитие истории, мы вместе сможем обсудить плюсы и минусы, сильные и слабые стороны его подхода. А значит, мы будем говорить не о нем, а об истории, которую он предложил. Для ребенка или подростка это может оказаться гораздо менее болезненным, чем обсуждение его поступков и привычек. Особенно если это ребенок или подросток, не вписывающийся в школьную систему.

 

Л Если у ребенка нет каких-то ярко выраженных проблем и страхов, чем ему может помочь арт-терапия?

ЛК Ну, проблемы и страхи есть всегда, если и не «ярко выраженные», то возрастные, нормативные проблемы и страхи. Если нет ярко выраженных проблем, то сказка может стать чудесным психопрофилактическим средством — чтобы проблемы не появились. Точнее, чтобы ребенок смог более эффективно справляться с теми трудностями, которые возникают повседневно. Чтобы рос активным, уверенным в себе. Чтобы понимал себя и других.

Л Кому арт-терапевтический подход противопоказан?

ЛК Теоретически — никому. Практически же встречаются такие клиенты, это относится в основном ко взрослым клиентам, которым в сфере образа, метафоры неуютно или некомфортно. Ну, не нравится им «все это». Что ж, арт-терапия только один из методов. Можно и иначе работать.

Л Насколько герой терапевтической сказки должен походить на ребенка, для которого она создается?

ЛК Я бы сказала, что герой должен быть эмоционально близок. Или проблемы героя должны быть близки и понятны тому, кому адресована сказка. При этом герой может походить на адресата сказки, может быть мальчиком или девочкой. А может быть карандашом или птенцом — тут уж на усмотрение автора.

Л Как работать с уже готовой сказкой? Как ее обсуждать с ребенком? Что можно говорить, что нельзя? Следует ли задавать ему наводящие вопросы или дождаться его реакции?

ЛК Говорить с ребенком о сказке безусловно нужно. Нужно обсуждать сказку, подсказывать те нюансы и тонкости, которые ребенок не может понять сам. Но обсуждение должно проходить максимально деликатно. Одно некстати сказанное: «Вот видишь! А ты…» может свести на нет всю пользу сказки, разрушить магию истории. Нельзя пугать ребенка последствиями: «Вот что получилось! А если ты будешь вести себя так же, то и ты!!!»

Нужно интересоваться у ребенка, что он бы сделал на месте героя, как мог бы помочь ему, что мог бы подсказать. Можно узнать, что думает ребенок о возможном продолжении истории. Безусловно, нужно рассказать, как сам взрослый относится к герою, к его поступкам, к каким выводам он пришел, какую главную мысль увидел в сказке.

Мне нравится рисовать вместе с ребенком комиксы по сказке. При этом я обращаю внимание на то, как ребенок выделяет ключевые моменты, что его привлекает, а что остается «в тени», как ребенок видит главного героя и других персонажей. Интересно мастерить героев сказки и устраивать «театр на столе», предлагая ребенку сыграть разных персонажей. Но это уже, наверное, профессиональная «кухня».

Л А можно ли с помощью сказкотерапии выявить глубинные проблемы? Те, про которые терапевт или родитель ничего не знает? Как взаимодействовать с карточками и историей в таком случае? Были ли в вашем опыте такие случаи, когда благодаря сказкотерапии обнаруживалась более глубинная проблема, чем та, с которой к вам обратились?

ЛК Можно выявить и более глубинные проблемы, и так бывает нередко. Так, тревожность может «прятаться» за агрессией или уходом в фантазии. А работа с картами, сочинение и обсуждение историй может выявить тревожность. Или скрытый страх, о котором ребенок боится говорить родителям.

У меня такие случаи были, для меня обнаружение скрытых проблем благоприятно. Означает, что работа идет, идет глубоко.

Если же родитель, сочиняя с ребенком сказки, обнаружит у ребенка скрытый страх, тревогу, то мой совет — идите к специалисту, не пытайтесь решать такие серьезные проблемы в домашних условиях. Скорее всего, проблема ребенка стала скрытой из-за каких-то семейных факторов. Такие проблемы «изнутри» решить невозможно, нужен вызывающий доверие человек «извне».

Л Как использовать опыт героев сказки в реальной жизни? Ведь сказочный персонаж может пожелать и получить все, что угодно, а реальная жизнь устроена иначе. Например, прогнать страх с помощью волшебной палочки в реальной жизни нельзя.

ЛК Прогнать страх с помощью волшебной палочки действительно нельзя. Зато можно с помощью волшебной палочки «осветить» страх с разных сторон. Понять, как он, этот страх, устроен, когда и зачем появляется. Можно с помощью волшебной палочки сделать непонятное понятным, незнакомое — знакомым.

Конечно, есть своя специфика в использовании волшебных предметов. И для малыша она одна, для подростка — другая. Но сказочник может показать, что навыки и способности, появившиеся «по щучьему велению, по моему хотению» не всегда пригодны к использованию в повседневной жизни.

Есть и другой аспект использования опыта героя сказки. Так воспитательные беседы и наставления, даже преподнесенные ребенку от всей души и логически выверенные, могут оказаться не воспринятыми. А вот это магическое «Долго ли, коротко ли шел герой, тридцать три пары сапог износил, пришел в Тридевятое царство и видит…» воспринимается целиком, интуитивно, как новый опыт. И не вызывает у ребенка ни протеста, ни сопротивления. Это же не про него, это же в сказке! Чего упрямиться! Но новая форма поведения — вот она! Взрослый рассказал, ребенок услышал и сложил в свою «копилочку» жизненного опыта.

Л Может 

Что такое сказкотерапия и какие проблемы она решает

Что такое сказкотерапия и откуда она взялась

Термин «сказкотерапия» — довольно широкий. Он объединяет применение сказок в психологической, педагогической и дидактической работе со взрослыми и детьми. С точки зрения психологии сказкотерапия считается разновидностью арт‑терапии — комплекса методик, которые помогают человеку понять себя и прийти к решению своих проблем через творчество.

Важно понимать, что сказкотерапия не самостоятельный подход или отдельная школа. Это, скорее, инструмент, который психолог или педагог задействует в работе со взрослым или ребёнком, если видит в этом необходимость. Также элементы такой методики вполне можно использовать и самостоятельно — для себя лично или своих детей.

Дарья Дугенцова

Детский психолог-педагог, сказкотерапевт.

Некоторые коллеги выбирают сказкотерапию как основной подход к работе и практически не используют остальные методы. Но если мы говорим про диагностику — на мой взгляд, лучше применять комплекс методов, чтобы учесть все нюансы, которые нам необходимо знать для дальнейшей корректировки запроса клиента.

Сказкотерапию никто специально не придумывал, она, можно сказать, зародилась сама из врождённой и очень древней любви человека к сочинению, рассказыванию и чтению историй. Считается, что фундамент для использования сказок в психологии заложили Карл Юнг, Владимир Пропп, Джозеф Кэмпбелл и другие авторы, которые с разных сторон исследовали мифы, легенды, сказки и архетипы в них.

Позже появились специальные работы и руководства о сказкотерапии для психологов и педагогов, а также различные материалы для самостоятельного использования метода, например сборники детских терапевтических сказок и карточки для сочинения историй.

Кому может помочь сказкотерапия

В основном о ней говорят как о детском методе. Ребёнок воспринимает сказки достаточно серьёзно, у него нет к ним недоверия и предвзятого отношения, они легко встраиваются в его картину мира и становятся инструментом познания себя и окружающих.

Дарья Дугенцова

Детский психолог-педагог, сказкотерапевт.

С помощью сказок можно диагностировать, корректировать, направлять и развивать ребёнка. Главное — это знать методику и её чёткие шаги, которыми может поделиться психолог, работающий с вами или вашим чадом.

Я люблю сказкотерапию за то, что в отличие от многих других этим методом невозможно навредить. Когда мы говорим о метафоре для подростков или сказке для детей дошкольного и младшего школьного возраста, то нужно знать, что даже родители могут повлиять на ребёнка приёмами сказкотерапии и при этом никак не повлиять на его психику в худшую сторону.

По словам Дарьи Дугенцовой, если обратиться к компетентному специалисту, сказка поможет справиться практически с любыми трудностями. К основным детским проблемам, которые решают методами сказкотерапии, относятся:

  • агрессия;
  • низкая самооценка;
  • страхи;
  • ложь;
  • возрастные кризисы;
  • неврозы.

Для взрослых сказки, как ни странно, тоже не бесполезны, хотя психотерапевты используют их существенно реже, чем при работе с детьми. Тем не менее сказкотерапия и её элементы иногда применяются в групповой и индивидуальной терапии взрослых. Целей может быть несколько:

  • помочь человеку понять самого себя, собственные желания и потребности;
  • под новым углом рассмотреть себя и ситуацию, увидеть грани, которые раньше оставались вне поле зрения;
  • проработать через историю и метафоры проблемы в отношениях и внутренние конфликты;
  • расслабиться и выплеснуть накопившиеся эмоции.

Дарья Дугенцова

Детский психолог-педагог, сказкотерапевт.

Сказки и метафоры подходят как детям, так и взрослым. Дети лучше всего воспринимают терапевтические истории, которые специально под запрос родителей придумывает сказкотерапевт. Также эффективными являются и народные сказки.

При работе с подростками всё зависит от запроса клиента, но чаще всего психолог сочиняет метафору и работает при её помощи с подсознанием.

Взрослому клиенту психолог может предложить сочинить собственную сказку по определённому алгоритму. Это отличный способ познать себя и проработать глубинные проблемы за кратчайшие сроки — приблизительно за 21 день.

Какие сказки считаются терапевтическими

Практически любые. Выбор зависит от психолога и от запросов клиента — взрослого или ребёнка. Специалисты, которые занимаются сказкотерапией, делят сказки на несколько основных категорий:

  • Народные сказки и их различные интерпретации.
  • Классические художественные сказки известных писателей.
  • Авторские сказки. Причём автором может быть кто угодно, от психолога или современного писателя до анонима из интернета, главное — история должна содержать сюжетные повороты и идеи, которые помогут клиенту.
  • Дидактические сказки — истории, в которые «упаковано» какое‑то учебное задание.
  • Персональные сказки — специально созданные психологом для клиента с учётом его запроса.
  • Психокоррекционные сказки. Они позволяют мягко скорректировать поведение ребёнка через историю и понятные образы.
  • Клиентские сказки — истории, которые взрослый или ребёнок сочиняет сам с помощью психолога.

Жанры и формы в сказкотерапии тоже используют практически любые: притчи, басни, легенды, былины, саги, мифы, анекдоты, детективы, любовные романы, фэнтези. Каждому клиенту подбирается соответствующий его интересам формат.

Дарья Дугенцова

Детский психолог-педагог, сказкотерапевт.

Каждый специалист подбирает свой комплект сказок и конкретных методических материалов. Универсального списка в общем доступе вы не найдёте. Но я советую каждому родителю перечитать знакомые сказки. В детстве информация воспринимается в одном векторе, а сейчас, взяв ту же самую книгу, вы увидите совсем другой смысл и мораль.

Например, к лечебным сказкам относятся:

  • «Морозко», «Крошечка‑Хаврошечка», «Снегурочка», «Аленький цветочек», «Золушка» — при решении проблем, связанных с разводом родителей, семейными ссорами, скандалами.
  • «Спящая красавица», «Госпожа Метелица», «Царевна‑лягушка», «Серая шейка» — при работе с возрастными кризисами, истериками.
  • «Красная Шапочка», «Гуси‑лебеди», «Волк и семеро козлят», «Баба‑яга» — для преодоления различных видов страха.

Также каждому своему клиенту я советую книгу «Маленький принц». Она раскрывает невероятное количество проблем и заменяет сразу несколько сказок.

В целом у психологов есть достаточно большой простор при выборе терапевтических сказок для взрослых. Они по понятным причинам способны понять более сложные образы, аналогии и метафоры. А ребёнку нужна прямолинейная история. Сказки, которые используют в работе с детьми, по‑хорошему, должны соответствовать таким критериям:

  • Главный герой — близкий ребёнку по полу, возрасту, характеру.
  • Жизнь героя описана так, что ребёнок способен найти сходство со своей жизнью.
  • Герой попадает в проблемную ситуацию, похожую на реальную, создавшуюся в жизни ребёнка, и испытывает схожие переживания.
  • Герой ищет выход из положения и проходит через серию испытаний и трудностей, которые подталкивает его к изменениям. Например, он может встречать существ, оказавшихся в таком же положении, и смотреть, как действуют они.
  • В конце герой делает выводы, меняет поведение или находит решение своей проблемы.

Есть мнение, что сказка не должна давать правильного готового ответа, а скорее побуждать ребёнка самостоятельно строить и прослеживать причинно‑следственные связи.

Также сказка ни в коем случае не должна стыдить или запугивать того, для кого написана. Иначе ребёнок испугается, и одна проблема «уйдёт в тень», а другая появится.

Как проходит сказкотерапия

Существует несколько основных вариантов, как психологи задействуют этот метод. Причём все они применимы и для детей, и для взрослых — меняются только сказки, глубина проблемы и уровень её проработки, а также, разумеется, манера общения психотерапевта.

1. Специалист рассказывает сказку

Предварительно он беседует с клиентом и подбирает либо сам пишет историю, которая может помочь в проработке проблемы и перекликается с реальной ситуацией напрямую или метафорически.

Во время встречи психолог читает или рассказывает сказку — эмоционально и выразительно, стараясь не допускать слишком долгих пауз и механического чтения.

После он может обсудить историю с клиентом, помочь провести параллели с его ситуацией и сформулировать возникшие мысли.

2. Клиент рисует или инсценирует сказку

После того, как историю прочитали, специалист может попросить клиента выразить свои мысли и впечатления в рисунках. Это помогает выплеснуть эмоции, перестроиться, через творчество открыть для себя что‑то новое.

В работе с детьми психологи также используют кукол. Вместе с ребёнком специалист проигрывает историю, помогает ему встать на место героя, вжиться в его образ, посмотреть на ситуацию его глазами. Причём для этого подходят не только готовые куклы, но и сделанные самостоятельно. Процесс изготовления куклы, которую человек отождествляет с собой и своим героем, сам по себе терапевтичен. Это один из компонентов другой психологической методики — куклотерапии.

3. Клиент сочиняет историю вместе с психологом

Этот приём открывает большое пространство для экспериментов. Сказку можно написать дома заранее, а можно выдумывать и рассказывать прямо на встрече с психологом.

В зависимости от возраста и потребностей клиента специалист может задействовать для сочинения истории специальные наборы карточек, метафорические карты, кукол. Также он может направлять клиента в процессе создания истории или просто дать ему несколько вводных: героя и завязку.

Самостоятельное сочинение сказки — это нетривиальный способ глубоко проанализировать ситуацию и себя самого, найти выход из сложившегося положения.

Какие есть сомнения по поводу сказкотерапии

Это не медицинский метод, так что у него нет чёткого списка показаний и противопоказаний, а исследования эффективности сказкотерапии провести довольно трудно, особенно масштабные. Эту технику психологи используют на своё усмотрение, ориентируясь на состояние клиента и его запрос.

Учебников, инструкций и рекомендаций по сказкотерапии в открытом доступе практически нет. Приёмам сказкотерапии специалистов учат на курсах, в вузах, во время повышения квалификации. То же касается и самих сказок. Сборников специальных терапевтических историй относительно немного, и конкретного списка сказок, которые однозначно годятся для терапии, нигде не найти. Поэтому метод может показаться достаточно закрытым, окутанным тайнами и домыслами.

Также очень важно понимать, что сказки не решат всех проблем. Есть состояния, из которых нужно выходить с помощью других инструментов психотерапии или даже медикаментов. И определить это может только специалист.

Можно ли использовать сказкотерапию самостоятельно

Психологи говорят, что даже нужно — и создают для этого пособия. Однако самостоятельная работа, скорее всего, не заменит консультацию специалиста, и может оказаться, что вам нужны совсем не сказки, а другие методы. Так что если вы замечаете у себя или ребёнка симптомы депрессии или суицидальные мысли, если в поведении ребёнка есть выраженная агрессия и вас сильно беспокоит его состояние, лучше не экспериментировать и обратиться к психотерапевту.

Если настолько серьёзных проблем у вас нет, сказкотерапия вам не навредит. Вот что можно попробовать.

Читайте книги

Да, это уже своего рода терапия. Читатель отождествляет себя с героем, замечает в его истории параллели со своей жизнью, вместе с ним проживает разные ситуации и смотрит на них под необычным углом. И благодаря всему этому может лучше понять себя и найти решение проблемы.

Если вас беспокоит что‑то конкретное, попробуйте поискать истории, в которых герой похож на вас и сталкивается с аналогичными трудностями.

Поищите терапевтические сказки

Существуют сборники таких сказок и для детей, и для взрослых. Часто они классифицированы по ситуациям, которые возможно решить с их помощью, или просто предлагают исследовать разные грани своей личности.

Взрослым могут быть интересны не только сами сказки, но и их психологический анализ. Исследуя истории, человек способен продвинуться в понимании себя и окружающих. Такие аналитические работы есть у разных авторов, одни из самых известных — «Бегущая с волками: Женский архетип в мифах и сказаниях» Клариссы Пинколы Эстес и «Тысячеликий герой» Джозефа Кэмпбелла.

Сочиняйте истории

Самостоятельно или вдвоём с ребёнком. Важно понимать, что в этом случае к сочинению сказок стоит относиться скорее как к творчеству, а не терапии. Если у родителя нет психологического образования, создание терапевтической сказки лучше доверить специалисту.

Дарья Дугенцова

Детский психолог-педагог, сказкотерапевт.

Терапевтическую сказку может придумать каждый родитель, но для этого стоит либо пройти обучение, либо обратиться к специалисту с таким запросом. Так как подход к проблеме зависит от того, что в итоге хочет получить взрослый от своего ребёнка.

В качестве вдохновения и подспорья для выдумывания сказок подойдут не только специальные наборы для сказкотерапии, но также метафорические ассоциативные карты, книги‑инструкции и игры, в которых нужно сочинять истории, например Story Cubes, «В некотором царстве», «Коробка сказок», «Однажды в сказке».

Как правило, принцип у таких наборов более‑менее одинаковый. Вы получаете вводные — герой, локация, завязка, некий образ или картинка — и вам нужно придумать историю, отталкиваясь от них. Если вы придумываете историю вместе с ребёнком, возможно, ему понадобятся ваша помощь и подсказки. При желании получившуюся сказку можно записать и перечитать позже.

Читайте также 🧐

Вачков: сказкотерапия поможет справиться с детскими проблемами

В последние годы сказкотерапия стала серьезной научно-практической школой, сейчас у этого метода два направления: комплексная – в Санкт-Петербурге и интегративная – в Москве (совмещаются ресурсы разных направлений: юнгианского анализа, психодрамы, гештальт-терапии, нейро-лингвистического программирования и другие). Метод используется в работе и со взрослыми, и с детьми — как здоровыми, так и имеющими интеллектуальные нарушения.

— Психолог просто рассказывает сказки ребенку, как папа с мамой?

— Не всегда. Скорее мы опираемся на сказку. Дети вместе с психологом могут сами сочинять ее по известному им сюжету, и порой это приводит к сильным изменениям в самом ребенке, в его поведении и в отношениях с окружающими.

Есть такой групповой тренинг на основе сказки «Теремок»: для восьми участников, по числу героев. Никто не должен знать, у кого какая роль – главное, не пустить внутрь «медведя». У всех своя стратегия поведения и особенности характера, и каждому новому гостю приходится убеждать остальных в своей необходимости. Да и самим жильцам придется поспорить друг с другом: ведь у них разные интересы! Кто-то желает, чтобы мышка оказалась в теремке, а кто-то – против. В конце детям задаются вопросы: почему одним вы сразу поверили, а другим нет? Какие способы убеждения вы использовали?  Наиболее успешным, по-видимому, окажется тот, кто, демонстрируя доброжелательность в отношении других, не слишком настойчив и не пытается «давить» на партнеров. Но игроков нельзя обвинять в «неэффективном» поведении – их «защищает» необходимость следовать своей роли. Важно, чтобы в итоге для них стало очевидным преимущество психологической позиции «на равных».

Есть и другие приемы, которые позволяют включить ребенка в работу со сказкотерапевтическим материалом: так, иногда его просят нарисовать что-нибудь, а потом психолог задает вопросы по рисунку – кто это? где это существо было раньше? что с ним случилось? Можно поиграть во что-то, а потом придумать сказку на основе игры; предложить построить в песочнице свой мир, просто дать ребенку написать сказку, если он к этому готов.

— А родители в этом могут участвовать?

— Обязательно. Допустим, ребенок получает в школе «двойки» – почему? Психолог предлагает папе или маме начало сказки, где в скрытой форме «записана» проблема ребенка. Они вместе сочиняют сказку, и метафора позволяет решить проблему более легко и свободно, без житейской зашоренности.

В серии сказок «Лесная школа» Марины Панфиловой есть история про Волчонка, который боялся, что его будут ругать за невыполненное задание, и попросил отца помочь ему. Но когда учитель стал хвалить его за решение, тому стало стыдно: он не знал, как был получен ответ (отец ему не объяснил). И зверята поняли: ошибки – это не страшно, главное — разобраться самим.

— Любой ли детский психолог может применять данный метод?

Нет, нужна специальная подготовка. При этом нужно понимать, что сказкотерапия – именно психологический метод, а не психотерапия, какую применяют в клинических условиях. Элементы сказкотерапии можно использовать в школе так же, как и песочной терапии, и гештальт-терапии, и психодрамы.

Во многих педагогических вузах изучение сказкотерапии предусмотрено учебной программой, хотя, на мой взгляд, ее не всегда изучают достаточно глубоко. В нашем университете этим методом интересуются не только студенты, но и практикующие психологи из Москвы, Санкт-Петербурга, Волгограда, других городов, только через мои курсы прошло около трехсот человек.

— Каковы перспективы сказкотерапии в нашей стране?

— В России уже около 6 лет существует сообщество сказкотерапевтов, ежегодно проводятся фестивали и конференции с участием коллег из ближнего зарубежья, организуются учебные программы. Совместно с издательством «Эксмо» мы готовим выпуск серии книг по теоретическим и методологическим аспектам сказкотерапии, и для их читателей в этом году я буду вести дистанционный учебный курс. Надеюсь, это будет способствовать дальнейшему развитию метода в России.

Материал подготовила Мария Салтыкова (ГУ-ВШЭ), специально для РИА Новости

 

Методы и приемы сказкотерапии в коррекции эмоционально …

Некоммерческая орган<strong>и</strong>зац<strong>и</strong>я «Ассоц<strong>и</strong>ац<strong>и</strong>я моско<strong>в</strong>ск<strong>и</strong>х <strong>в</strong>узо<strong>в</strong>»ГОУ ВПО Росс<strong>и</strong>йск<strong>и</strong>й государст<strong>в</strong>енный мед<strong>и</strong>ц<strong>и</strong>нск<strong>и</strong>й ун<strong>и</strong><strong>в</strong>ерс<strong>и</strong>тет Росздра<strong>в</strong>аНаучно-образо<strong>в</strong>ательный матер<strong>и</strong>ал«<strong>Методы</strong> <strong>и</strong> пр<strong>и</strong>емы сказкотерап<strong>и</strong><strong>и</strong> <strong>в</strong> коррекц<strong>и</strong><strong>и</strong> эмоц<strong>и</strong>ональнол<strong>и</strong>чностныхрасстройст<strong>в</strong> у детей с отклонен<strong>и</strong>ям<strong>и</strong> <strong>в</strong> раз<strong>в</strong><strong>и</strong>т<strong>и</strong><strong>и</strong>»(Професс<strong>и</strong>ональная переподгото<strong>в</strong>ка пс<strong>и</strong>холого<strong>в</strong> <strong>и</strong> педагого<strong>в</strong>учрежден<strong>и</strong>й г. Моск<strong>в</strong>ы)Подраздел: 68.4.14.31Соста<strong>в</strong> научно-образо<strong>в</strong>ательного коллект<strong>и</strong><strong>в</strong>а:Руко<strong>в</strong>од<strong>и</strong>тель НОК за<strong>в</strong>. кафедрой общей пс<strong>и</strong>холог<strong>и</strong><strong>и</strong> <strong>и</strong> педагог<strong>и</strong>к<strong>и</strong>РГМУ, к.пс<strong>и</strong>хол.н., М.Г. И<strong>в</strong>ашк<strong>и</strong>на,доцент кафедры общей пс<strong>и</strong>холог<strong>и</strong><strong>и</strong> <strong>и</strong> педагог<strong>и</strong>к<strong>и</strong> РГМУ, к.пс<strong>и</strong>хол. н.,В.М. Самойло<strong>в</strong>а,старш<strong>и</strong>й препода<strong>в</strong>атель кафедры общей пс<strong>и</strong>холог<strong>и</strong><strong>и</strong> <strong>и</strong> педагог<strong>и</strong>к<strong>и</strong>РГМУ, к.пс<strong>и</strong>хол.н., М.Ю. КазарянМоск<strong>в</strong>а 2010 г.

Использование метода сказкотерапии в работе с детьми

 

Сказка – это не только полезное, но и интересное захватывающее «лекарство», поэтому современные психологи эффективно используют сказкотерапию в своих консультациях. Такой метод помогает разговорить даже застенчивого ребенка, обнаружить и исправить внутренние психологические конфликты у детей и взрослых, увидеть скрытые страхи и понять, какая проблема нуждается в психокоррекции.

В этой статье мы расскажем об этом направлении, о его принципах, методах и проблемах, которые оно может решить.

Сказкотерапия – как работает этот метод?



Сказкотерапия – это метод, который помогает ребенку (или взрослому) сконцентрироваться на своей проблеме. При умелом применении сказкотерапия способна дать психологу ясные маршруты в коррекции поведения, при терапии депрессивных состояний у пациентов.

В каждой сказочной истории проигрывается конкретная ситуация, которая происходила в жизни пациента. Герои наделены характерами реальных людей, а у конфликтной ситуации всегда есть логическое решение. Такая терапия проводит связь между событиями, которые происходят в сказке, и реальностью, переносит волшебство в обычную жизнь.

Основная цель сказкотерапии – это развитие личности и забота о душе. Малыш встречается в сказочном рассказе с лучшей версией самого себя, учится у героя совершать добрые поступки, быть счастливым и справедливым.

С какими проблемами поможет справиться сказкотерапия?


Коллективное сочинение сказочных историй поможет дошкольникам освоиться в группе, научиться дружить со сверстниками, а подросткам – понять себя и своих одноклассников. Совместно созданная сказка выявит, кто из ребят какие роли исполняет в жизни, даст возможность посмотреть на свой характер и поведение со стороны.

Если родители сочиняют сказку вместе со своим ребенком, это дает возможность изъясняться на одном языке, узнать скрытые мысли, мечты и стремления малыша. И у взрослых, и у детей сказка разовьет творческие способности, чувство юмора.

Если попросить малыша нарисовать или слепить из пластилина волшебных героев, можно эффективно отработать навык письма, лепки, рисования, помочь юному сказочнику в развитии моторики, усидчивости и внимательности.

Сказкотерапия справляется с такими детскими проблемами, как сложности в общении и учебе, а также при одиночестве, низкой самооценке, лени, страхах, агрессии, излишней активности, психосоматических заболеваниях, поможет определить причину, по которой ребенок отказывается ходить в детский сад или школу.

Взрослые при помощи языка сказок постигают нюансы межличностных отношений, лучше узнают себя. Волшебная история помогает по-новому взглянуть на окружающий мир, повысить уровень качества жизни.

Сказки в психотерапии делятся на 4 основные группы в соответствии с проблемами, которые в них рассматриваются:

  1. При трудностях в общении в сказке рассказывается о конфликтах, ссорах, обидах, которые возникли у малыша в детском саду, в школе, в семье, на прогулке.

  2. При возрастных кризисах ребенок как бы привыкает к своей новой роли, к новому положению (например, к самостоятельности в детском саду), все эти моменты можно проиграть в сказочной истории.

  3. При внутренних переживаниях в сказке показывается герой – сам малыш, рассматривается его внутренний мир, раскрываются комплексы и противоречия, чтобы ребенок мог ответить себе на вопрос: «Что со мной не так?».

  4. При тревогах и страхах необходимо при помощи сказки определить, чего боится малыш, что мешает ему развиваться, что забирает энергию.

    Виды психотерапевтических сказок


    Существует пять основных видов сказок:

    1. Дидактические сказки ставят перед собой задачу поделиться новыми знаниями, умениями, подсказывают возможные варианты поведения в определенной ситуации, дают ответы на вопросы. Психологи используют их при консультировании детей дошкольного и младшего школьного возраста, подростков и взрослых. Обычно после прочтения сказки предлагается выполнить несложное задание.

    2. Психологические сказки – это авторские вымышленные истории, способные повлиять на развитие личности слушателей при помощи подачи ярких метафор.

    3. Психотерапевтические сказки обладают наибольшей эффективностью, это мудрые и красивые истории с глубоким смыслом на темы отношения человека к себе, к другим, ко всему миру. Такие сказки имеют задачи скорректировать страхи и фобии, избавить от страданий, помочь пациентам пережить травму.

    4. Психокоррекционные сказочные истории сочиняются с целью бережно скорректировать поведение и черты характера взрослого человека или ребенка. Обычно, такие рассказы могут перекликаться с обыденной реальностью или нести в себе множество абстрактных метафор, а потому нуждаются в разъяснении и обсуждении. Психокоррекционные сказки применяются в работе с агрессивными взрослыми и гиперактивными детьми и обязательно прорабатываются под конкретную личность.

    5. Медитативные сказки не имеют ни яркого сюжета, ни отрицательного героя, они не рассказывают о явном конфликте, их задача – настроить пациента на психотерапевтический сеанс, активизировать бессознательный процесс мышления, мотивировать на решение или поступок, помочь успокоиться перед сном.

    Сказкотерапия в практике психолога


    Эффективность сказкотерапии зависит от верно выбранного жанра (и включенной в рассказ метафоры). При выборе терапевт опирается на возраст слушателей, на их интересы и убеждения, на характер имеющихся трудностей.

    Сказки в психотерапии применяются:

    • в диагностике, задачей которой будет определить главные жизненные сценарии пациента, его поведенческие особенности, способности и мироощущение;
    • в психотерапии, задачей которой будет решить имеющиеся психологические проблемы и закрепить новую модель поведения;
    • в прогностике, задачей которой будет помочь пациенту осознать влияние его нынешнего поведения на будущие события.

    При терапии используются следующие действия:

    • чтение или пересказывание сказки;
    • обсуждение существующей сказки;
    • придумывание собственного рассказа/сказки;
    • рисование, лепка, аппликация сказочных событий или персонажей;
    • инсценировка или театральная постановка по мотивам сказки.

      Принципы и методы работы сказкотерапевта


      Сказкотерапевт выстраивает свою работу с детьми в соответствии с принципами:

      • рассказ должен быть эмоциональным;
      • ребенок, слушая, должен видеть выражение лица рассказчика, его эмоции и жесты;
      • рассказывать сказку нужно ровным, певучим голосом, используя повторы;
      • сказка не должна содержать слишком длинные паузы;
      • рассказ должен подразумевать вероятность нескольких вариантов решений и ответов на вопросы;
      • актуальные проблемы шифруются в тексте при помощи образов и метафор;
      • герои должны быть явно положительными и явно отрицательными;
      • во время чтения необходимо следить за поведением и эмоциями слушателя и уметь верно их истолковать.

      Полноценно изучить все эффективные методы и приемы сказкотерапии можно на нашем дистанционном курсе профессиональной переподготовки. Вы не только приобретете полезные знания, но и получите право применять их в практической работе психолога.

      Результаты применения сказкотерапии



      Первые представления о добре и зле, справедливости и обмане мы черпаем из сказок. Добрые истории и полюбившиеся сказочные герои помогают маленьким детям стать смелыми и выносливыми. Лечение при помощи сказки дает своим пациентам альтернативную стратегию поведения, которую они могут принять или отвергнуть.

      Все мы разные, один малыш склонен фантазировать, другой любит бегать и прыгать, третий часами просиживает за лепкой зверюшек или конструированием кукольного домика. Комбинируя различные техники, опытный сказкотерапевт может помочь каждому малышу пережить и понять множество ситуаций, с которыми он уже столкнулся или неизбежно столкнется в зрелом возрасте.

      Мы привыкли рассматривать сказку как развлечение, как способ расширить кругозор, но в психологии сказке дается гораздо большая роль и значение, ведь она:

      • может решить многие жизненные задачи и ответить на внутренние вопросы;
      • развивает мыслительные процессы, совершенствует память, логику, внимание;
      • способна передать из поколения в поколение понятия справедливости, доброты, любви, верности;
      • дает возможность выявить забытые детские психологические травмы;
      • эмоционально насыщает личность, вызывает искренние переживания;
      • способна изменить поведение человека.

      Сказкотерапия в практике психолога-консультанта

      Никому не надо объяснять, что такое сказка. В детстве каждого из нас пленили волшебные истории о прекрасных принцессах и отважных рыцарях, о находчивых зверюшках и злющих ведьмах.

      Но не все слышали понятие в психологии «сказкотерапия». Не так-то просты сказочные истории, раз их успешно применяют в своей практике коррекционные специалисты. Сегодня мы поговорим о роли сказкотерапии в работе психолога, узнаем, как действует этот метод и какие задачи можно решить с его помощью.


      Что такое сказкотерапия?

      Сегодня психологов сильно тревожит отрицательный эмоциональный фон дошкольников и детей младшего школьного возраста: детские страхи, повышенная тревожность и агрессивное поведение все чаще встречаются в этом возрасте. Поэтому задачей дошкольного образования сейчас является максимально разгрузить психику ребенка, развить его внутренний потенциал и творческие способности, расширить уровень осознанности событий, дать знания о законах жизни и навыки поведения в обществе. И тут на помощь специалистам приходит метод сказкотерапии (лечение сказкой).

      Такая техника коррекции привлекательна тем, что не имеет противопоказаний, действует как на взрослых, так и на детей. Причем, сказкотерапевт может применять метод даже в работе с трехлетними малышами, ведь в этом возрасте дети уже имеют представление о мире, активно разговаривают и способны рассказать о своих фантазиях.


      Какие сказки используются в психологии

      Основных видов сказок, которые применяют в работе психологи, пять.

      1. Художественные (сюжет максимально приближен к фольклору; не подстраиваются под индивидуальный случай; используются как поддерживающая терапия).

      2. Дидактические (применяются в работе с дошкольниками и учениками младших классов; призваны обучить малышей в интерактивной форме новым навыкам, способствуют проработке той или иной ситуации, подсказывают модель поведения в конкретном случае, помогают в поиске решения и отвечают на вопросы).

      3. Психокоррекционные (бережно корректируют черты характера и поведения; используются в работе с гиперактивными детьми с повышенным уровнем агрессии; обязательно прорабатываются психологом под конкретного ребенка).

      4. Психотерапевтические (помогают пациентам 3-8 лет в купировании страхов, тревог и фобий; могут быть индивидуально скорректированы под точечный случай; зачастую главным героем таких сказок является сам маленький пациент).

      5. Медитативные (в таких сказках нет злого героя и отсутствует острый конфликт; разрабатываются с целью избавиться от психологической загрузки; не ставят перед собой задачу решить конкретную проблему; часто имеют форму диалога с малышом, что дает психологу возможность менять сюжет в соответствии с реакцией и скрытыми потребностями ребенка).


      Кому подходит метод сказкотерапии

      Сказкотерапию практикуют психологи в дошкольных и средних образовательных учреждениях, в реабилитационных и медицинских центрах. На основе этого метода даже создаются целые сборники терапевтических сказок, призванных решать ту или иную проблему, корректировать разные страхи, бороться с негативными проявлениями поведения.

      Сказкотерапия способна решить следующие проблемы детей:

      • боязнь темноты;

      • лень;

      • жадность;

      • агрессию по отношению к сверстникам и взрослым;

      • неумение дружить и принимать правила поведения;

      • гиперактивность;

      • нервный тик;

      • энурез;

      • нарушения пищевого поведения;

      • конфликты с родителями;

      • сложности в общении;

      • низкую способность к обучению;

      • чувство неполноценности и неуверенности в себе.

      Взрослым сказкотерапия помогает выявить подсознательные страхи и воспринимать мир таким, каков он есть. Не зря психологи советует носить с собой книжку с любимой сказкой. Перечитать после сложного рабочего дня поучительную, проверенную временем, справедливую историю дает ощущение уверенности в себе, ведь в большинстве сказок прослеживается мировая диалектика: без зла не бывает добра, и наоборот. Сказки даже во взрослом возрасте наглядно показывают нам наш мир и человеческие отношения в нем, а это – актуальные вопросы в любом возрасте.


      Как работает сказкотерапевт?

      Сказка – это не только полезная, но и очень интересная и приятная «таблетка». Психологу она помогает найти общий язык даже со стеснительным, необщительным ребенком, ведь не каждый малыш легко признается в своих страхах, а некоторые даже чувствуют себя виноватыми в них.

      Как же происходит работа сказкотерапевта?

      Самые распространенные действия – это:

      • обсудить известную сказку;

      • попросить пациента самому написать сказку;

      • провести арт-терапевтическую работу по мотивам сказки;

      • инсценировать уже существующую сказку (в виде актерского действия или кукольного представления).

      Чтобы провести диагностику и коррекцию имеющихся проблем, терапевт:

      1. Рассказывает сказку и следит за реакцией пациента. Можно как бы «погрузить» его в сказочный транс, используя ровность и распевы голоса, многочисленные повторы и яркие речевые обороты.

      2. Наблюдает, как пациент реагирует на поведение героев сказки, чтобы выявить его собственные ценности и страхи. Для этого нужно уметь истолковать не только слова клиента, но и его жесты, мимику. Главная задача тут – понять, с каким героем он себя ассоциирует.

      3. Предлагает рассказать любимую сказку. Часто именно она отражает, хоть и упрощенный, но жизненный сценарий, к которому стремится и которого придерживается пациент.

      4. Просит сочинить историю. Такое действие даст самую объемную информацию для диагностирования. На этом этапе психологу необходимо не только тщательно отслеживать все реакции пациента, но и провести общий анализ полученного «произведения», ведь автор комбинирует образы и события не бессмысленно.

      Полностью все актуальные методы сказкотерапии рассказывают опытные психологи на нашем обучающем курсе. Освоив программу обучения, вы получите диплом, и на профессиональном уровне сможете помогать детям и взрослым решать свои проблемы при помощи сказкотерапии.

      Какие проблемы решает сказкотерапия?

      Все сказки можно поделить на 4 группы в зависимости от конкретных проблем, которые они способны решить.

      Например:

      1. Трудности в общении и дружбе со сверстниками решают сказки, в которых рассказывается о конфликтах, ссорах, обидах.

      2. При внутренних переживаниях нужно создать в сказке зеркальный эффект, чтобы малыш увидел свой, пока еще неосознанный, внутренний мир, и смог ответить на вопрос: «Что же со мной не так?».

      3. Страхи поможет скорректировать понимание, чего именно боится ребенок и как он этого боится, ведь если страх мешает развитию и общению, малышу необходимо помочь.

      4. При возрастных трудностях ребенку важно принять себя в новой роли (стать самостоятельным в детском саду, научиться решать проблемы в школе), поэтому так важно поговорить с малышом об этом, и лучше всего это получается сделать при помощи сказки.

      Сказкотерапия

      Анна Бердникова, к.ф.н., доцент

      «Сказка дает великолепный общий язык для взрослого, работающего с ребенком. Обычно они разговаривают на разных языках. При этом двуязычен скорее ребенок, а проблемы с общением есть скорее у взрослого. (Тем более что это взрослый чего-то хочет). Язык сказки их естественно сближает».

      Дмитрий Соколов,
      «Сказки и Сказкотерапия»

       

              Наши предки, занимаясь воспитанием детей, рассказывали им занимательные истории. Не торопясь наказать провинившегося ребенка, они вели рассказ, из которого становился ясным смысл поступка, а многие обычаи, описываемые в историях, предохраняли малышей от опасностей, учили их жизни. С середины девятнадцатого века сказка из народного развлечения превращается в объект исследования. Собиратели сказок: братья Гримм, А.Н. Афанасьев – исследуют сказки с лингвистических и филологических позиций.

              Позднее интерес к сказке приобретает новый поворот: к ней обращаются психологи. Сказочным сюжетам, по мнению психоаналитиков — последователей Карла Юнга, отводится особая роль в психической жизни людей: они являются своеобразными матрицами, отражающими основные душевные конфликты человека.

              Суть этих конфликтов остается неизменной на протяжении тысячелетий: они свойственны нашим современникам и переживались людьми далекого прошлого. К.Юнг назвал такие конфликты архетипическими.
              Существование этих конфликтов может не осознаваться людьми, может даже активно отрицаться. Но их разрушительная для психического здоровья сила от этого не убывает. Сказка становится формой вывода внутреннего противоречия вовне, предлагает способы его разрешения и потому врачует душу.
              Именно этим объясняется бытование сказки в народной среде на протяжении тысячелетий. Сказка — естественное, интуитивно применявшееся «лекарство». На Востоке ее способность оказывать благотворное действие на психическое состояние человека была подмечена лекарями и использовалась сознательно.

              Врачующая способность сказки и была положена в основу целого направления современной психотерапии, получившего название «сказкотерапия».

               «Сказкотерапия» — знакомое слово, часто употребляемое в обиходе. Сказкотерапевтов можно встретить везде: в детских садах, школах, центрах развития ребенка. Однако до сих пор это завораживающее слово понимается психологами по-разному, и смыслы, которые в него вкладываются, отличаются порой не меньше, чем, скажем, сказки бытовые и волшебные.

               Один из самых авторитетных в этой области психолог Т.Д. Зинкевич-Евстигнеева (2000) определяет сказкотерапию как набор способов передачи знаний о духовном пути души и социальной реализации человека, как воспитательную систему, сообразную духовной природе человека.

               Врач-сказкотерапевт А.В. Гнездилов выделяет в качестве предмета сказкотерапии «процесс воспитания Внутреннего Ребенка, развития души, повышение уровня осознанности событий, приобретение знаний о законах жизни и способах социального проявления созидательной творческой силы».

               И.В. Вачков предваряет свое определение сказкотерапии небольшой сказкой, сочиненной маленьким мальчиком:

      Однажды заяц спросил лису: «Почему ты такая хитрая и злобная и ловишь нас зайцев? Стань лучше такой же доброй, робкой и тихой, как мы». Лиса подумала и попыталась стать доброй, робкой и тихой. И у нее стали расти уши.

              Итак, по мнению И.В. Вачкова, сказкотерапия – такое направление практической психологии, которое, используя метафорические ресурсы сказки, позволяет людям развить самосознание, стать самими собой, и построить особые доверительные, близкие отношения с окружающими. В дальнейшем будет использоваться именно это определение сказкотерапии.

              Каким образом, посредством сказкотерапии удается достигать таких целей: повышения самосознания и создания близких доверительных отношений?

              Во-первых, сказка всегда служила средством встречи ее слушателя или читателя с самим собой, потому что метафора, лежащая в основе сказки выступала не только «волшебным зеркалом» реального мира, но – в первую очередь – его собственного, скрытого, еще не осознанного внутреннего мира.

              Во-вторых, нацеленность сказкотерапии на развитие самосознания человека, определяемая сущностью сказок, обеспечивает как контакт с самим собой, так и контакт с другими. Социальную природу человека составляет система его взаимодействий с людьми. Сказочная метафора в силу присущих ей особых свойств оказывается способом построения взаимопонимания между людьми.

              В-третьих, в сказке отсутствуют прямо выраженные нравоучения или рекомендации, усвоение необходимых моделей поведения и реагирования, новых знаний о себе и мире происходит незаметно, исподволь.

              Сказкотерапия как психологический метод накладывает свои возрастные ограничения при работе с детьми: ребенок должен иметь четкое представление о том, что существует сказочная действительность, отличная от реально существующей. Обычно навык такого различения формируется у ребенка к трем с половиной-четырем годам, хотя, безусловно, в каждом конкретном случае необходимо учитывать индивидуальные особенности развития ребенка.

              Сказка обычно выполняет три функции: диагностическую, терапевтическую (коррекционная) и прогностическую. Соответственно можно выделить одноименные типовые группы сказок.
                Диагностическая сказка
      предполагает выявление уже имеющихся жизненных сценариев и стратегий поведения ребенка. Инструкции, которые предъявляются ребенку в данном случае такие: «Сочини сказку о мальчике пяти лет», «Сочини любую сказку». Затем психолог проводит анализ сказки, пользуясь средствами подхода, в котором предпочитает работать. Таким образом может быть выявлен базовый жизненный сценарий, либо ставшие привычными способами реагирования поведенческие стереотипы ребенка.

      Прогностическая функция реализуется в той части сценарной сказки, которая повествует о будущем героя. В этих сказках, будто матрешка в матрешке, раскрываются суть и особенности будущего жизненного сценария человека.

      Терапевтическая сказка – сказка, благодаря которой собственно происходят позитивные изменения в состоянии и поведении ребенка.

      Сказкотерапевтическая работа с ребенком может быть проведена различными способами:

      1. Для работы может использоваться существующая авторская или народная сказка.
      2. Терапевт и ребенок могут сочинять сказку вместе, одновременно драматизируя ее всю либо отдельные элементы.
      3. Ребенок может сочинять сказку самостоятельно.

      Рассмотрим, каким образом проводится работа со сказками в практической консультативной работе детского психолога.

       

      1. В приведенном ниже примере онлайн-консультации сеанс сказкотерапии предлагается провести маме девочки самостоятельно, опираясь на известную народную сказку. Психолог рекомендует сказку и предлагает примерный перечень вопросов, которые необходимо обсудить с девочкой для достижения терапевтического эффекта. Работа со сказкой представляет собой только часть терапевтического взаимодействия.

      Вопрос

      Ситуация такая. В гости пришла подруга с сыном (ему 4 года). Мы с подругой были на кухне, потом я зашла в детскую – смотрю — дочка лежит на кровати (ей 3,7). Я спрашиваю: «Что лежишь?», она долго молчит, потом говорит: «Он мне неприятно делает». Выясняется, что этот Мальчик кидает ее на кровать и ложится сверху. Немного позже девочка добавила, что Мальчик «делал мокро губам» (это она, видимо, про то,  что он пытался целовать).


      Я не стала заострять внимание – спросил: «А почему не оттолкнула, если неприятно?  Меня не позвала, да и сказала бы ему, что не надо». Она: «Я сказала, только очень тихо».


      Даже не знаю, что меня больше волнует — такое поведение мальчика или неумение дочери уйти от неприятной ситуации… Подскажите, что в таком случае можно сделать…

       

      Ответ

      События могут развиваться в двух наиболее вероятных направлениях. Во-первых, девочка может постараться вытеснить случившееся, поскольку оно будит неприятные чувства и ощущения, и вести себя так, как будто бы ничего не случилось. Во-вторых, девочка может испытывать необходимость «выговорить» все, что с ней произошло.

       

      Итак, если девочка сама не вспоминает об инциденте, но Ваша тревога не проходит, то можно провести профилактическую работу следующим образом. Возьмите для чтения русскую народную сказку «Кот, Петух и Лиса», где Лиса похищает Петуха, он кричит, Кот прибегает и спасает его. После прочтения обсудите эту сказку с дочерью, затронув такие вопросы:

      1. Как Петуху удается спастись от Лисы? (оказавшись в беде, Петух громко кричит, и Кот приходит ему на помощь)Важно не проводить параллелей с беспокоящей Вас возможно травматической ситуацией, пусть вся терапевтическая  работа пройдет на уровне бессознательного девочки.
      2. Почему Кот спасает Петуха? (потому что они живут, как одна семья, а родственники обычно заботятся друг о друге и помогают в сложных и неприятных ситуациях). Здесь можно привести какой-нибудь пример из жизни Вашей семьи, о котором девочка имеет представление, например, кто-то оказался в больнице – все члены семьи: бабушки, дедушки, тети, дяди – навещают его, заботятся, потому что любят.

      Если девочке важно выговориться, то Ваша задача – внимательно выслушать ее, ни в коем случае не отмахиваться от ее желания поговорить. Также важно дать ей ощутить Вашу поддержку и отклик чувствами, например,  «…да, мне тоже бывает неприятно, когда кто-то пытается заставить меня делать без моего желания. Знаешь, иногда меня это расстраивает, иногда злит». Таким образом, Вы поможете дочери освободиться от неприятных воспоминаний, а также установить с ней более близкие и доверительные отношения. Для девочки очень важно видеть в маме единомышленника – человека, который мыслит и чувствует схожим образом.

              Приведенный пример иллюстрирует возможность самостоятельной сказкотерапевтической работы мамы с собственной дочерью. Такая работа, проведенная своевременно, тонко и с большим чувством такта, возможно, в будущем позволит девочке безбоязненно обращаться за помощью к маме в случае необходимости, следовательно, будет способствовать развитию близких доверительных отношений мамы и девочки.

       

              Рассмотрим следующий пример консультации, где в терапевтических целях происходит совместное терапевта и ребенка творчество сказки.

      Вопрос

      Денис (4.5) в последние несколько месяцев стал совершенно неуправляемым: не слушает ничего из того, что ему говорят взрослые, грубит, недавно стал всех передразнивать. Младшего брата (6 мес.) он очень любит, но иногда делает очень странные вещи: может отобрать у него пустышку или выпить приготовленный для него сок.

              Непродолжительная беседа с мамой мальчика показала, что запрос на консультацию сделан для разрешения ситуации детской ревности. Было принято решение работать с проблемой в рамках сказкотерапии.

              Затем был приглашен Денис. В результате краткого интервью с ним стала известной следующая информация: любимая сказка мальчика — «Колобок», причем не классический текст, приведенный в сборнике А. Н. Афанасьева, а мультипликационная версия, где Колобок совершает прогулку по лесу, спасается от лисы и благополучно возвращается к старику со старухой.

      • Жил он хорошо и весело… (Денис серьезно задумался) А потом дед с бабкой себе еще одного колобка слепили…
      •  Денис, как ты думаешь, что было дальше с Колобком? Какие приключения и события? Как он дальше жил у старика со старухой?
      • Первому колобку понравился второй колобок?
      • Да, сначала понравился…
      • Чем он понравился?
      • Он был новый и интересный, и совсем маленький… Я хотел с ним играть… ОЙ! Колобок!
      • Конечно, сказка ведь про колобка. А что было потом?
      • Бабка сказала, что с ним нельзя играть, что он еще маленький и выгнала первого колобка в другую комнату…
      • Да, первый колобок, наверное, расстроился и даже обиделся…
      • Да…
      • Первый колобок большой и сильный, он много знает и умеет. Как ты думаешь, что умеет первый колобок, чему бы он мог научить второго маленького колобка?
      • Первый колобок умеет рисовать, строить гараж, катать машины, бросать мяч, дразниться…
      • Да, это важные и нужные вещи. Тем более, что второй колобок ничего из этого не умеет, кто его будет этому учить? Бабке с дедом, наверное, некогда.  Ты бы хотел, чтобы колобки подружились?
      • Да…
      • А что бы колобки стали делать, когда подружились? Ты мог бы досочинить эту сказку?
      • Ну… Старший колобок бы возил маленького на коляске, срывал бы ему красивые листики и цветочки, камушки бы необычные показывал… еще качал бы на качели… потом… когда подрастет…
      • А чем колобки могли бы дома заниматься?
      • Дома бы… дома я бы строил ему замки, пусть бы он ползал и ломал, я еще построю, мне не жалко…сказки бы еще читал колобок, чтобы маленький засыпал быстрее… Много еще чего…
      • Как мы назовем сказку, которую ты сочинил?
      • Два колобка.
      • Смотри, Денис, мама улыбается. Как ты думаешь, ей сказка понравилась?

              Денис улыбается маме и бежит к ней обниматься. Для Дениса терапевтическая сессия окончена.

              Для мамы обязательно должно быть продолжение в виде беседе о детской ревности, способах ее профилактики и действиях в критических ситуациях; результатом такой работы, как правило, становится осознание того, что только от родителей, их чувства такта, терпения и выдержки, зависит, какими будут взаимоотношения младших и старших детей.

              В приведенном выше примере сказка использовалась в качестве метафорической призмы, сквозь которую рассматривалась сложившаяся конфликтная ситуация. Чувствуя себя защищенным сказочной реальностью, ребенок смог сформулировать собственные чувства и осознать желания, а также сказать о том, что есть определенная доля вины мамы, которая не смогла организовать, в силу нехватки опыта и соответствующих знаний, гармоничное общение своих детей.

              Еще одним приемом работы в рамках сказкотерапии становится сочинение сказки для конкретного ребенка по поводу случившейся с ним травматической ситуации. Иногда дети, сталкиваясь какими-нибудь проблемами, приходят к нам, взрослым, но чаще всего способы разрешения, которые мы предлагаем им, для них не подходят. Тогда они приходят к выводу, что мы им помочь не можем. А куда же девать накопившуюся печаль, раздражение, гнев или радость, которые уже переполняют ребенка? Здесь на помощь может прийти сказкотерапия. Вот, например,  такая сказка была придумана для девочки, проигравшей в конкурсе «Мисс детский сад».

       

      Сказка «Роза и ромашка».

       

              В маленьком садике росли по соседству яркая алая роза и скромная нежная ромашка. Ромашка только что распустилась, ее еще не окрепшие лепестки были белыми, обычными. Ромашку окружало множество разнообразных полевых цветов. Но ее ничего не радовало. Она очень-очень хотела стать прекрасным, необычным цветком. Ромашка с восхищением смотрела на гордую заносчивую розу. «Как было бы здорово стать точно такой же, как она!» — думала застенчивая ромашка.

      Но вот однажды шла по дорожке красивая маленькая девочка. Увидев ромашку, она остановилась и с восхищением сказала: «Какой красивый необычный цветок! Какие снежно-белые нежные лепестки! Сердцевинка похожа на маленькое солнышко!». Ромашка сначала не могла понять этих слов, до этого момента она считала себя самым уродливым растением. Девочка объяснила ромашке, что каждый цветок хорош по-своему. А роза, например, колючая…

      Сказку обязательно необходимо обсудить. Вопросы для обсуждения: почему Ромашка с восхищением смотрела на розу? Что значит «каждый цветок хорош по-своему»? Можно ли эту фразу сказать про людей?

       

              Таким образом, сказкотерапия — наиболее детский метод, потому что она обращена к чистому детскому началу каждого человека. Через восприятие сказок мы воспитываем ребенка, развиваем его внутренний мир, лечим душу, даем знания о законах жизни и способах проявления творческой силы и смекалки, а также помогаем ему лучше узнать и понять самого себя.

       

              Однако прежде, чем самостоятельно заниматься сказкотерапией, родителям  необходимо почитать книги по данной методике, где даны рекомендации специалистов и даже советы, как правильно самим сочинять сказки. Ведь сказкотерапия — это сказки для конкретного ребенка, чтобы маленький человечек мог отождествить себя с главным героем. Ваша сказочная история может даже начинаться со слов: «Жил-был один мальчик (девочка), похожий(ая) на тебя…»

      [PDF] Сказки, арт-терапия и

      Скачать Сказки, Арт-терапия и…

      Бегущая голова: СКАЗКИ, АРХЕТИПЫ И САМООСОЗНАНИЕ

      Сказки, архетипы и самосознание Научная работа, представленная на факультет Адлерской высшей школы ____________________

      При частичном выполнении требований для получения степени магистра искусств в адлерианском консультировании и психотерапии модели движения? Наблюдение и анализ основаны на исследовании пятнадцати статей, связанных с темой сказок, арт-терапии и психологии Адлера.Сказки будут обсуждаться с точки зрения их универсального применения к большинству человеческих состояний. Будут подчеркнуты сходства между сказками и арт-терапией. Будет обсуждаться обзор того, как искусство и история сыграли роль в адлерианских методах, таких как анализ образа жизни и ранние воспоминания. В целом, исследованные журнальные статьи показывают, что нарративная терапия и арт-терапия хорошо работают вместе, помогая клиенту раскрыть свои бессознательные мотивы. На основании этого открытия было проведено исследование с участием 22 участников с использованием сказки о Гензеле и Гретель и художественной глины.В соответствии с протоколом исследования каждому участнику в ходе процесса был проведен опрос с самоотчетом. Исследование было проведено, чтобы выяснить, будет ли этот метод полезным инструментом в области арт-терапии. Ключевые слова: сказки, арт-терапия, нарративная терапия, психология Адлера, пластилин, полимерная глина

      СКАЗКИ, АРХТИПЫ И САМООСОЗНАНИЕ

      3

      Сказки, архетипы и самосознание Можно ли использовать сказки эффективным компонентом в сочетании с арт-терапией и адлерианской психологией? Гипотеза этой статьи касается вопроса и утверждает, что благодаря комбинированному использованию сказок и арт-терапии, используемой в контексте адлерианской психологии, в терапевтической обстановке произойдет движение к пониманию и изменению.Если эта гипотеза подтвердится, то можно будет изучить возможность разработки новой методики для использования в терапии с использованием сказок и арт-терапии. Основываясь на предыдущем исследовании, проведенном Брауном (2006), в котором и сказки, и арт-терапия давались группе взрослых, есть смысл для дальнейшего изучения. Результаты исследования Брауна (2006) показали, что оба метода помогли выявить проблемы, связанные с личными проблемами клиента. Сочетание рассказа истории и последующего рисования участниками сцены из этой истории помогло им воплотить свои личные проблемы и предоставило визуальную форму, которая ранее была им неизвестна и не идентифицирована (Браун, 2006).В этом обзоре будут оценены доказательства того, насколько эффективно сказки использовались в терапии. Будут обозначены сходства между использованием сказок и процессом арт-терапии. Также будет изучено, как сказки и арт-терапия использовались в психологии Адлера. Исследования показали, что арт-терапия и психология Адлера были успешным сочетанием. Исследования также показали, что использование арт-терапии и нарративной терапии в сочетании с методами Адлера было успешным.Будет выдвинут аргумент о том, как можно использовать сказки в качестве замены повествовательной терапии. Наконец, будет рассмотрена необходимость дальнейших исследований комбинированного использования сказок и арт-терапии в сочетании с методами Адлера. Сказки. Сказки, используемые в качестве терапевтического инструмента, могут стимулировать воображение, помочь выявить лежащие в основе проблемы, создать контекст для взаимоотношений, указать на возможные решения и предоставить модель поведения, которая может помочь укрепить доверие (Ucko, 1991). .Универсальное человеческое состояние Сказки предлагают личное отождествление с универсальным человеческим состоянием. История дает читателю ощущение автономии — общую картину того, что другие испытывают те же чувства, что и они сами. Уже одно это дает клиенту ощущение нормальности. Возможность опосредованно пережить персонажей истории и использовать их как зеркало собственной жизни может стать мощным терапевтическим вмешательством (Браун, 2007). Основной принцип сказки состоит в том, что они раскрывают человеческие надежды, страхи и состояния.Установив связь с историей, терапевт может начать достигать клиента на очень глубоком, эмоциональном уровне (Ucko, 1991). Как заявил Дикманн, «Где-то в коллективном бессознательном, помимо наших личных воспоминаний, существует слой общечеловеческой психической энергии, которая имеет потенциал для развития через индивидуума. Сказки раннего детства символически начинают формировать ступени своего рода психической решетки, которые можно рассматривать как отметки стадий в процессе индивидуации; таким образом, человек испытывает возможность познания и получения опыта неизвестного и часто сказочного внутреннего мира, а также внешнего мира.Истории показывают способы переживания возможностей психического функционирования, которые находятся за пределами личного опыта. (Dieckmann, 1997, стр. 255) Сказка не только рассказывает историю о человеческих условиях, но также предлагает потенциальные решения основных человеческих проблем (Meyer, 2009). Преодолеть сопротивление путем экстернализации проблемы Связь с коллективным бессознательным в нашей общей человеческой психической энергии позволяет сказке стать средством, создающим безопасное пространство, в котором можно решать многие деликатные вопросы без необходимости неудобного самораскрытия (Ucko, 1991). ).Служа внешней структурой, сказка может предложить возможные решения переходных проблем и тревог. Клиент может спроецировать свою личность в историю и, следовательно, может косвенно обратиться к глубинным проблемам (Hill, 1992; Thomas, 1995). В безопасных пределах истории клиент может начать узнавать себя, переопределять проблемы, использовать историю как способ моделировать различные стили общения, уменьшать сопротивление и предлагать возможные решения своих сложных проблем (Ucko, 1991).Выскажитесь о проблемах и коснитесь личных проблем Сказка может стать эффективным инструментом в решении сложных проблем, а также в развитии чувства собственного достоинства. Он может озвучивать сложные, абстрактные и комплексные проблемы (Браун, 2006). История, выбранная клиентом, становится зеркалом их самих, отражающим поведение, понятное клиенту. Сказка становится переходным языком и моделью потенциальной трансформации (Хилл, 1992). Используя на фоне образов сказки, концентрируясь на сходстве между историей жизни пациента и мотивом сказки, терапевт может начать проливать свет на

      СКАЗКИ, АРХТИПЫ И САМООСОЗНАНИЕ

      6

      выпуск представлен клиентом.На ранних стадиях лечения это может быть очень полезным инструментом для ориентации клиента (Asper-Bruggisser, 1983). Поскольку сказки говорят о человеческих проблемах, дилеммах и универсальных ситуациях, используемые в качестве терапевтического инструмента, история может затронуть важные личные проблемы (Браун, 2006). Сказка как метафора Как предполагает Уко (1991), метафоры в сказках хорошо подходят для процесса консультирования. И Фрейд, и Юнг описывали народные сказки как «символические изображения жизненных конфликтов, борьбы и решений» (Ucko, 1991, с.414). Реслер продолжает эту мысль, заявляя: «Юнг указал, что личные мифы, которые представляют собой архетипические модели, встречающиеся в мифологии и сказках, могут управлять жизненным курсом людей, в большинстве случаев бессознательно» (Roesler, 2006, стр. 575). Цель терапии — привести бессознательное к сознанию. С помощью метафоры и сказки клиенту могут начать открываться кусочки бессознательного. Резюме Как терапевт, используя образ из сказки, а затем внимательно наблюдая за ролью, которую клиент играет по отношению к этой истории, можно улучшить восприятие (AsperBruggisser, 1983).Для клиента увидеть отражение своей проблемы в персонажах сказки — мощное терапевтическое вмешательство (Браун, 2006). Это не только дает клиенту ощущение нормальной способности идентифицировать себя с объектом вне себя, но также дает ему ощущение, что он является частью более крупного универсального человеческого состояния. Как внешний объект, история становится зеркалом, отражающим выбор и варианты, которые клиент может исследовать в своей собственной ситуации. В качестве метафоры история является очень эффективным инструментом, помогающим распутать бессознательное и вывести его на поверхность.

      СКАЗКИ, АРХТИПЫ И САМООСОЗНАНИЕ

      7

      Было проведено значительное количество исследований по использованию сказок в качестве терапевтического вмешательства. Результаты исследования свидетельствуют о положительных результатах. Арт-терапия Искусство, как терапевтический инструмент, предлагает возможность невербальной символической коммуникации. Могут появиться мысли и чувства, которые могут предоставить клиенту альтернативную историю. Используя альтернативную историю, клиент может начать смотреть на свою проблему с другой точки зрения (Маником и Боронска, 2003).Творческий процесс и художественный продукт отражают то, что происходит в жизни заказчика. Искусство воспроизводит или подчеркивает повседневные модели общения. Процесс, когда клиент создает произведение искусства, пусть даже такое простое, как набросок, а затем задает ему общие вопросы об объекте перед ним, дает безграничный диапазон ответов. Ответ, каким бы он ни был, может отражать только внутреннее движение клиента (Sutherland, 2011). Преодоление сопротивления и экстернализация проблемы Когда клиент или семейная группа вовлекаются в задание по рисованию, часто кажется, что они забывают, что терапевт наблюдает за действиями.В результате терапевту открываются поведенческие и коммуникативные паттерны, которые клиент иначе не хотел бы, чтобы посторонние видели или слышали. Очень тонким, ненавязчивым образом терапевт может начать понимать мир, который клиент или члены семьи создали для себя (Sutherland, 2011). Творчество часто имеет успокаивающий эффект и позволяет клиенту расслабиться и начать сбрасывать защитные силы. Рисунки начинают раскрывать историю клиента и представляют собой невербальные конструкции (Хамфрис и Лейтнер, 2006).Смысл

      СКАЗКИ, АРХТИПЫ И САМООСОЗНАНИЕ

      8

      , содержащийся в искусстве, развивается из слов, которые клиент использует для объяснения как процесса, так и продукта. Эти слова будут гораздо ближе к истине, чем все, что может предложить терапевт (Sutherland, 2011). Искусство может быть эффективным способом помочь в процессе экстернализации. Цель экстернализации — отделить жизнь клиента от его личных историй (Carlson, 1997).Арт-терапия и сказки Групповое исследование, проведенное Брауном (2006), объединило арт-терапию с использованием сказок. Экспериментальное исследование началось с рассказа сказки. Затем группу попросили нарисовать для них одну или две сцены, которые выделялись в рассказе. Затем их попросили описать свой рисунок группе. После того, как все индивидуальные описания были объяснены, группе было предложено установить ассоциации и связи между их рисунками. В ходе исследования было обнаружено, что благодаря использованию как искусства, так и сказки клиенты достигли более глубокого уровня понимания и осознания.Сказка затронула вопросы и проблемы внутри группы, и группа смогла продемонстрировать свой опыт общности и универсальности в отношении проблем. История служила основой, а искусство было способом воплотить свои мысли в жизнь с помощью изображения (Браун, 2006). Арт-терапия и нарративная терапия Арт-терапия и нарративная терапия имеют много общих теоретических убеждений, которые согласуются друг с другом. Оба основаны на убеждении, что истории, спрятанные в нашем бессознательном, оказывают значительное влияние на историю жизни человека.Цель обеих терапий состоит в том, чтобы выявить скрытый аспект личности. Искусство служит для клиента средством выявления этих скрытых аспектов (Carlson, 1997). Добкин Душман утверждает: «Арт-терапия и

      СКАЗКИ, АРХТИПЫ И САМООСОЗНАНИЕ

      9

      психодрама быстро и мощно воздействуют на основные проблемы жизни человека, вызывая сильные эмоции и внутренний поиск, которые могут добавить богатое терапевтическое измерение. (Добкин Душман, 1997, с. 461). Искусство придает форму воображаемому миру.Воображаемый мир клиента становится повествованием о том, как он/она активно живет (Хамфрис и Лейтнер, 2006). Арт-терапия как символ и метафора Язык и мысль являются символическими конструкциями разума. Невербальные ощущения, переживаемые на определенном уровне тела, повторяются и переживаются во многих различных контекстах. Затем это ощущение воспринимается и организуется с помощью символов. Затем символ обобщается на будущие события или отношения. Благодаря терапевтическому процессу эти символы появляются в сфере сознания и затем могут быть исследованы.Невербальные инструменты, такие как искусство, помогают терапевту узнать бессознательные аспекты базовой структуры клиента (Humpreys & Leitner, 2006). Используя символы для создания метафор, клиент может исследовать смысл своего мира и выражать свое мнение с помощью практических вмешательств. Это позволяет клиенту работать над личным решением (Chelsey, Gillett, & Wagner, 2008). Творческий акт помогает минимизировать конфликт. Сильные чувства, которые могут быть бессознательными, могут начать проявляться и трансформироваться в картину.Перевод этих образов в метафору может помочь процессу движения, изменения и сублимации (Маником и Боронска, 2003). Метафоры предлагают проникновение в бессознательное клиента как визуально, так и вербально. Отношения и эмоции, которые возникают в процессе создания искусства, легче понять, если рассматривать искусство через призму метафоры (Sutherland, 2011).

      СКАЗКИ, АРХТИПЫ И САМООСОЗНАНИЕ

      10

      Резюме Арт-терапия может привести к более глубокому пониманию значения, которое человек придает своим жизненным событиям.Это средство, которое может подключиться к чувствам, неизвестным мыслям и убеждениям образа жизни (Добкин Душман и Сазерленд, 1997). Искусство и нарративная терапия — творческие процессы, ориентированные на действие. В сочетании они способны ускорить осознание отношения клиента к жизни. Позволяя творческому процессу породить чувства и яркие переживания, клиент может затем увидеть основу, из которой можно реагировать и делать новый выбор в отношении мыслей, чувств и поведения.Посредством осознания клиент может наблюдать за своим поведением и, в свою очередь, изменять значение, придаваемое его жизненному опыту (Добкин Душман и Сазерленд, 1997). Подобно использованию сказок в терапевтическом опыте, искусство может помочь клиенту преодолеть сопротивление, экстернализируя проблему и позволяя искусству быть в центре обсуждения. При этом создаются и затем исследуются новые способы восприятия старой проблемы. Психология Адлера Терапия Адлера богата использованием личных историй.Эти истории не только предлагают возможность изменений, но также предлагают новые инструменты для взаимодействия и преодоления трудностей (Sutherland, 2011). Методы психологии Адлера, использующие историю как способ вмешательства, включают оценку образа жизни и ранние воспоминания. Адлерианская психология и искусство Искусство, инструмент, который подключается к бессознательному, незаметно и визуально раскрывает частную логику, ошибочные убеждения и убеждения образа жизни внутри клиента. Эти концепции являются ключевыми для психологии Адлера.Процесс создания искусства предполагает участие и поощряет чувство принадлежности (Sutherland, 2011). Принадлежность — одно из ключевых понятий адлерианской психологии в дополнение к чувству значимости и безопасности. Адлерианская психология и нарративная терапия Адлерианская терапия широко использует личные нарративы. Рассказы являются основным материалом для оценки образа жизни и ранних воспоминаний (Maniacci et al., 1998). В исследовании, проведенном Maniacci et al. (1998), искусство использовалось с адлерианской техникой ранних воспоминаний.Терапевт попросил клиента нарисовать чувства и наблюдения, возникшие в результате пересказа их истории. Их попросили нарисовать то, что они запомнили, а затем попросили нарисовать так, как они хотели бы, чтобы это было. Когда их попросили нарисовать их историю, процесс создания искусства создал четкую картину реальных и воображаемых аспектов их образа жизни. В искусстве возникли как сознательные, так и бессознательные воспоминания (Maniacci et al., 1998). Резюме Адлеровские методы анализа образа жизни и ранних воспоминаний легко сочетаются с использованием художественных вмешательств, чтобы помочь описать истории более богатым и полным образом.Опять же, поскольку искусство дает возможность воплотить опыт вовне, у клиента есть возможность глубже погрузиться в смысл и осознание, которые содержатся в образе жизни и ранних воспоминаниях. Ограничения и допущения использования искусства и сказкотерапии. Терапия сказками предназначена для преодоления сопротивления, но сотрудничество основывается прежде всего на клиенте. Иногда это может быть неуловимым (Sutherland, 2011). При использовании искусства и истории

      СКАЗКИ, АРХТИПЫ И САМООСОЗНАНИЕ

      12

      в групповом контексте всегда существует вероятность того, что кто-то не захочет в полной мере участвовать и, следовательно, будет подрывным.Для терапевта важно тщательно выбирать историю, принимая во внимание динамику населения. Терапевт должен помнить об общих проблемах клиента (клиентов) и выбирать историю, которая высветит проблемы, не травмируя клиента в процессе. Еще один аспект, который следует учитывать терапевту, заключается в том, чтобы внимательно и осторожно относиться к тому, как представлены мужчины и женщины в сказке (Brown, 2006). Наконец, могут также быть ограничения на то, что клиент может делать с точки зрения физического создания искусства.Терапевт должен тщательно выбирать средство, соответствующее способностям клиента. Анализ находок Символы и мифы, истории, которые мы создаем для себя, являются средствами, с помощью которых мы воспринимаем жизнь и придаем ей смысл. Символ, поднятый на поверхность через искусство или через сказку, может соединить рациональное и интуитивное. Миф, который мы рассказываем себе, также можно понимать как метафору, указывающую за пределы образа. Мы воспринимаем реальность через то значение, которое мы ей придаем (Добкин Душман и Сазерленд, 1997).Использование историй помогает внести ясность в нашу жизнь и придать ей значимую основу. История служит рамкой, которая создает согласованность во всем разнообразном опыте в нашей жизни (Roesler, 2006). Чтобы усилить отождествление и восстановить связь с самим собой, полезно использовать многие физические чувства. Например, при работе с клиентом совмещение искусства и сказки может помочь создать новые мысли, ощущения и поведение (Hill, 1992).

      СКАЗКИ, АРХТИПЫ И САМООСОЗНАНИЕ

      13

      Анализ 1 Существует очень мало исследований, подробно описывающих совместное использование арт-терапии и сказок.Однако существует значительное количество исследований эффектов арт-терапии при использовании с нарративной терапией. На положительные результаты указали исследования, проведенные по использованию арт-терапии с нарративной терапией. Можно возразить, что сказки — это форма повествования. Аргумент коренится в способности как нарративной терапии, так и сказок экстернализировать внутреннюю историю клиента. Нарративная терапия основана на идее, что люди хранят истории в своем бессознательном и что эта история влияет на их внешнее поведение.Сторонники нарративной терапии утверждают, что процесс исцеления начинается, когда история клиента выводится из его бессознательного и переводится в сознательную форму (Carlson, 1997). Сказки, содержащие в сказке общечеловеческие условия, ускоряют процесс экстернализации истории уже тем, что предлагают клиенту историю, к которой он может непосредственно относиться. Обзор литературы показал, что нарративная терапия и арт-терапия дали благоприятные результаты для клиента.Основываясь на этом факте и аргументе, что и нарративная терапия, и сказки являются способом экстернализации проблемы клиента, следует, что сказки, используемые с арт-терапией, будут эффективным терапевтическим инструментом. Необходимы дальнейшие исследования, чтобы доказать, что этот аргумент открывает дверь для более глубокого разговора о том, что происходит в ее жизни. Второй анализ На основании результатов обзора литературы следующие утверждения верны: 1) исследование показывает, что сказки, арт-терапия и нарративная терапия эффективны

      СКАЗКИ, АРХТИПЫ И САМООСОЗНАНИЕ

      14

      инструментов при самостоятельном использовании с клиентами.2) Психология Адлера использовала комбинацию арт-терапии и нарративной терапии с положительными результатами для клиента. Если бы на самом деле нарративную терапию и сказки можно было использовать взаимозаменяемо (как указано в Анализе 1), то из этого следовало бы, что арт-терапия и сказки, используемые с адлерианскими техниками, давали бы положительные результаты. Этот аргумент требует дальнейших исследований. Резюме Принимая во внимание тенденции, отмеченные в обзоре литературы, есть существенные доказательства, подтверждающие исходный вопрос: «Могут ли сказки быть эффективным терапевтическим компонентом в сочетании с арт-терапией и психологией Адлера?» Сказки и арт-терапия имеют много общих функций.Оба рассказывают историю внутренней психики клиента. По своей природе они без особых усилий экстернализируют насущную проблему клиента, делая терапевтический процесс немного менее опасным на начальных стадиях. И в сказках, и в искусстве символы и метафоры используются как способ понять содержащееся в них сообщение. Психология Адлера использует историю как терапевтический инструмент как в анализе образа жизни, так и в раннем воспоминании. Все три режима — сказки, арт-терапия и адлерианская психология — основаны на истории как средстве, помогающем клиенту достичь более глубокого понимания себя.На основе этого окончательного анализа оправдано дальнейшее изучение исходного вопроса.

      СКАЗКИ, АРХТИПЫ И САМООСОЗНАНИЕ

      15

      Ссылки Asper-Bruggisser, K. (1983). Пять размышлений о начале анализа. Журнал аналитической психологии, 28(1, 1-15). Браун, Н. (2006). Терапевтическое использование сказок со взрослыми в групповой терапии. Журнал творчества в области психического здоровья, 2(4), 89-96. Карлсон. , Т. (1997) Использование искусства в нарративной терапии: Расширение терапевтических возможностей.Американский журнал семейной терапии, 25 (3), 271-283. Челси Г., Джиллетт Д. и Вагнер В. (2008). Вербальная и невербальная метафора с детьми в консультировании. Журнал консультирования и развития, 86 (4), 399-411. Дикманн, Х. (1997). Сказки в психотерапии. Журнал аналитической психологии, 42 (2), 253-268. Добкин Душман, Р., и Сазерленд, Дж. (1997). Адлерианский взгляд на работу со сновидениями и творческую терапию. Индивидуальная психология, 53(4), 461-475. Хилл, Л. (1992). Сказки: видения решения проблем при расстройствах пищевого поведения.Журнал консультирования и развития, 70, 584-587. Хамфрис, К., и Лейтнер, Л. (2006). Использование рисунков для выявления невербальных конструктов в эмпирической психотерапии личных конструктов. Журнал конструктивистской психологии, 20, 125-146. Маниаччи, М., Шульман, Б., Гриффит, Дж., Пауэрс, Р., Сазерленд, Дж., Душман, Р., и Шнайдер, М.Ф. (1998). Ранние воспоминания: разработка личной истории в процессе изменений. Журнал индивидуальной психологии, 54 (4), 451-479.

      СКАЗКИ, АРХТИПЫ И САМООСОЗНАНИЕ

      16

      Маником, Х.и Боронска, Т. (2003). Совместное создание изменений в системе защиты детей: интеграция арт-терапии с практикой семейной терапии. Журнал семейной терапии, 25 (3), 217-232. Мейер, В. (2010). Бруно Беттельгейм и его окно в душу. Клинический журнал социальной работы, 38(3), 275-285. Сазерленд, Дж. (2011). Арт-терапия с семьей. Журнал индивидуальной психологии, 67 (3), 292-304. Рослер, К. (2006). Нарратологическая методология выявления архетипических сюжетных паттернов в автобиографических нарративах.Журнал аналитической психологии, 51 (4), 574-586. Томас, В. (1995). О шипах и розах: Использование сказки «Шиповник» в терапии семей одаренных детей. Современная семейная терапия, 17(1), 83-91. Уко, Л. (1991). Кто боится большого злого волка? Противостояние жестокому обращению с женой через народные сказки. Социальная работа, 36(5), 414-419.

      Напиши свою собственную сказку

      Спящая царевна (1898) Виктора Васнецова (1848-1926)

      Источник: Государственная Третьяковская галерея.Дом-музей В. М. Васнецова, Москва/Общественное достояние

      Одно из определений того, что отличает нас от других видов, — это наша способность создавать рассказы на основе случайных мыслей, воспоминаний и воображений. Мы — разновидность рассказчиков. Как и почему мы создаем истории, остается загадкой, которую исследуют биологи, антропологи, психологи, нейробиологи и исследователи в области семиотики и лингвистики. Одной из общих черт исследования является то, что истории помогают нам осмыслить нашу жизнь.

      Лев и охотник (ок. 1840-х гг.) Грандвиля (1803-1847 гг.)

      Источник: общественное достояние

      Брайан Бойд, автор книги О происхождении историй: эволюция, познание и художественная литература , предполагает, что мы запрограммированы рассказывать истории. Бойд утверждает, что искусство в целом и художественная литература в частности произошли от когнитивной игры и служат эволюционной функции выживания. Наши древнейшие истории, наши мифы и сказки — история об охотнике и крадущемся льве или история о лисе и ее невидимом плаще — могли определить, жили ли наши первобытные предки или умерли.Со временем эти истории прочно вошли в основу нашей культуры, и, хотя опасность хитрого по-человечески льва может больше не соответствовать нашему образу жизни, мы понимаем суть. Если смотреть буквально, львы могут покалечить нас; символически, понимание и уважение образа жизни разумного и могущественного хищника может помочь нам преодолевать определенные препятствия в нашей жизни.

      Недавно я написал несколько блогов о сказках. Сказки представляют собой простые истории, которые до сих пор актуальны в качестве проводников к архетипическим паттернам нашего бессознательного.Они также рассказывают истории и предостерегающие рассказы, которые говорят о мифопоэтическом в нашей душе, той части нашего разума, которая мыслит метафорами и символами. Подобно нашим предкам, которые жили ближе к природе, и подобно космологии многих коренных народов, мы тоже можем воспринимать дерево как духовного помощника, демона или заколдованного принца. Хотя самые ранние народные сказки возникли у народов, которые обладали менее изощренным представлением о мире, их репертуар эмоций и истории, которые они плели вокруг них, не отличались от наших собственных.Жадность, одиночество, ревность, печаль — это продолжает быть нашим человеческим бременем. Золушка, Синяя Борода, Спящая Красавица — наши современники, их пути к самости или самоуничтожению знакомы нашим современным душам.

      Rohata Princezna (Принцесса с рогами) (1920-е) Артуша Шайнера (1863-1938) из книги «Под командованием магии» Й. Ш. Кубин.

      Источник: Under Command of/ Magic by J. Š. Кубин (1920-е годы) / Public Domain

      Один из способов более полно ощутить мудрость сказок — написать свою собственную.Объективируя содержимое нашего бессознательного посредством рисования, лепки, письма, танцев, мы находим внутри исцеляющие символы. Красная книга — это отчет о собственном погружении Карла Юнга в почти психотическое состояние после его разрыва с Зигмундом Фрейдом в 1913 году. Персонажи из его бессознательного всплыли в его сознании. Методично, с ужасом и силой духа он записывал свои диалоги с этими персонажами, как если бы они были плотью и кровью, и Юнг даже рисовал изображения, иллюстрирующие его переживания с ними.В этот период Юнг иногда опасался, что он впадает в психотическое состояние, но, сознательно работая с этими фигурами, он обнаружил, что может слышать их мудрость «с другой стороны». Эти встречи позже привели к его теории Активного Воображения, которую он частично описывает в этом совете анализанду о работе с ее сновидениями.

      «Я бы посоветовал вам записать все это как можно красивее — в какой-нибудь красиво переплетенной книге», — проинструктировал Юнг. «Будет казаться, что вы делаете видения банальными — но тогда вам нужно это сделать — тогда вы освобождаетесь от их силы.. . . Представьте его в своем воображении и попробуйте нарисовать. Затем, когда эти вещи будут в какой-нибудь драгоценной книге, вы сможете подойти к книге и перевернуть страницы, и для вас это будет ваша церковь — ваш собор — безмолвные места вашего духа, где вы найдете обновление. Если кто-нибудь скажет вам, что это болезненно или невротично, и вы послушаете их, то вы потеряете свою душу, ибо в этой книге ваша душа».

      «Взяв ключи от замка, Джек отпер…» Иллюстрация Артура Рэкхэма (1867-1939) из «Джек-убийца великанов» (Английские сказки, 1918)

      Источник: English Fairy Tales, 1918/Public Domain

      Для начала, какая ваша любимая сказка? У большинства из нас есть сказка, оставшаяся с детства, которая вызывает в нас сильный резонанс.Откройте заново историю, которая кажется «вашей», и перечитайте ее. То, что вы предпочитаете одну сказку другой, имеет большое значение. Часть вашего исследования состоит в том, чтобы спросить себя, почему. Этот рассказ говорит что-то о вашей жизни? Это ваш собственный миф об отказе или покинутости? Вы чувствуете себя жертвой и брошенным в пепел, как Золушка? Или вынуждены стать героем и спасти свою семью от бедности, как Джек в «Джек в бобовом стебле»? Прочитав выбранную вами сказку, задайте себе следующие вопросы:

      1. Какова моя реакция?
      2. Что это во мне будоражит?
      3. Жил ли я что-то подобное?
      4. Какие символы есть в рассказе и какие у меня ассоциации с ними?

      Возможно, вы захотите записать свои ответы в дневник, который вы создали для этой работы.Магия сказок в том, что они переносят нас в волшебное царство, которое само «отделено» от обычной жизни. Записывая свои ответы на сказку, вы чтите в себе творческого рассказчика. Пытаясь осознать историю, вы обретаете смысл в самом себе.

      Вторая часть этого упражнения состоит в том, чтобы переписать вашу любимую сказку, используя историю, которую вы выбрали в качестве отправной точки. Цель здесь — проникнуть «внутрь» истории и написать ее изнутри. «Хороший писатель, — писал Ральф Уолдо Эмерсон, — кажется, пишет о себе, но всегда смотрит на ту нить вселенной, которая проходит через него самого и все вещи.Это упражнение не для того, чтобы придумать историю, которая сделает вас знаменитым писателем, а для того, чтобы открыть для себя богатство, тонкость и поразительную мудрость вашей внутренней жизни.

      Однорукая девушка подружилась со змеей. Иллюстрация Х. Дж. Форда из «Однорукой девушки» в «Сиреневой сказке» Эндрю Лэнга (1910)

      Источник: Книга сиреневых сказок (1910 г.) / Public Domain

      Правила написания вашей новой сказки просты:

      1. Создайте новую настройку для выбранной вами истории.Писательница Юдора Уэлти, выросшая и писавшая о Глубоком Юге, напоминает нам, что «чувства связаны с местом». Вместо того, чтобы начинать со слов «Однажды» или «Давным-давно», поместите свою историю в какое-то конкретное место. Нью-Йорк, 2017. Санкт-Петербург при царе Николае. Настройка — это место, период, погода, время суток. Он включает в себя чувственные восприятия — запахи, вкусы, звуки. Как насчет сказки, действие которой происходит в сарае в Висконсине или в баре в Новом Орлеане?
      2. Выберите персонажа из вашей любимой сказки и расскажите историю с его точки зрения.Эмпатия — это способность поставить себя на место другого человека. Что бы мы узнали, если бы услышали историю Румпельштильцхена с точки зрения Румпельштильцхена? Дайте волю своему буйному воображению. Что, если сводная сестра Золушки признается, что не хотела выходить замуж за принца, а хотела только носить его великолепный мундир!

      Создавая эту новую историю, вы сами удивитесь. Процесс является одним из открытий. Обратите внимание на то, что вам снится во время этого процесса. Внутренним и внешним видением узнайте, какие животные предстают перед вами.Что за песня играет на ветру? Не переусердствуйте, не стремитесь и не беспокойтесь. Правил нет. Все, что раскрывается, требует вашего внимания.

      Дейл Кушнер — автор романа Условия любви . Она написала о своем решении стать писательницей, а не юнгианским терапевтом, в своем первом посте для Psychology Today «Лечение пациентов, создание персонажей». Если вам понравился этот пост, вас также могут заинтересовать статьи «Как жестокая мачеха Белоснежки помогает нам справиться со злом», «Сны о нашей жизни: 5 вещей, о которых нам могут рассказать наши сны», «Понимание ваших снов с помощью «Активного воображения Юнга». ’» и «Матери, ведьмы и сила архетипов.Не отставайте от Дейл, лайкая ее страницу в Facebook. Узнайте больше от Дейл в ее блоге.

      Красная Шапочка (1862) Гюстава Доре (1832-1883)

      Источник: Национальная галерея Виктории/Общественное достояние

      ПРЕОДОЛЕНИЕ АГРЕССИВНОГО ПОВЕДЕНИЯ МЛАДШИХ ШКОЛЬНИКОВ С ПОМОЩЬЮ СКАЗОЧНОЙ ТЕРАПИИ

      Бандура А. (2002) Исследования агрессии в эксперименте. Москва: Апрель Пресс, 229 с.

      Басс А. (1967) Психология агрессии. Вопросы психологии. ? 3, 60-67.

      Беркович Л. (2002) Агрессия: причины, последствия и контроль: учебник. Санкт-Петербург: Прайм-Еврознак; Москва: Нева, Олма-Пресс, 512 с.

      Классификация экспериментов.(Классификация экспериментов, 2019). (2019, 22 октября). https://psyera.ru/5268/klassifikaciya-experimentov

      Доллард, Дж., Миллер, А. (1939) Разочарование и агрессия. Лондон, Х. Милфорд, издательство Оксфордского университета, 430 стр.

      Дубинко Н. (2005) Влияние когнитивных процессов на проявление агрессивности в детском возрасте. Москва: Сфера, 2005, 319 с.

      Дубинко Н. (2010) К проблеме условий и движущих факторов. Социально-педагогическая работа.№4, 85–92.

      Дубинко Н. (2010) К проблеме условий и движущих факторов. Социально-педагогическая работа. №4, 85–92.

      Фрейд З. (2001) По ту сторону принципа удовольствия. Москва: Фолио, 288 с.

      Фромм Э. (2007) Анатомия человеческой деструктивности. Москва: Аст, Хранитель, Мидгард, 624 с.

      И. (2018, 20 марта). Тренинг конструктивного взаимодействия с агрессивными детьми. Инфоурок (Тренинг конструктивного взаимодействия с агрессивными детьми. Инфоурок.). https://infourok.ru/trening-konstruktivnogo-vzaimodeystviya-s-agressivnimi-detmi-2760839.html

      И. (2018б, 20 марта). Тренинг конструктивного взаимодействия с агрессивными детьми. Инфоурок (Тренинг конструктивного взаимодействия с агрессивными детьми. Инфоурок). https://инфорок.ru/training-konstruktivnogo-vzaimodeystviya-s-agressivnimi-detmi-2760839.html

      Левитов Н. (1967) Фрустрация как один из видов психических состояний. Вопросы психологии. ? 6, 118-129.

      Левитов Н. (1967) Фрустрация как один из видов психических состояний. Вопросы психологии, ? 6, 118-129.

      Левитов, Н. (2005). Психическое состояние агрессии.Вопросы психологии. ? 6, 168-173.

      Лоренц, К. (2007) Агрессия: Так называемое «зло» (Агрессия: так называемое «зло»). Москва: Генезис, 2007, 272 с.

      Немов Р. (2003) Психология. Кн. 2: Психология развития. Москва: Владос, 462 с.

      Рэнди Дж. Нельсон (2006) Биология агрессии, Оксфорд, Нью-Йорк, издательство Оксфордского университета, 529 стр.

      Рэнди, Дж.Нельсон (2006) Биология агрессии, Оксфорд, Нью-Йорк, Oxford University Press, 529 стр.

      Реан А. (1999) Психология изучения личности. СПб: изд-во Михайлова В., 288 с.

      Роберт А. Барон, Дебора Р. Ричардсон (2004) Человеческая агрессия, Springer Science & Business Media, 420 стр.

      Шелопухо О. (2009) О уж эти дети… Советы психолога. (Ох уж эти дети… Советы психолога).Москва: «ОЛМА Медиа Групп», 320с.

      Ткач, Р. (2008) Сказкотерапия детских проблем. СПб: Речь; Москва: Сфера, 118 с.

      Вачков И. (2007) Сказкотерапия. Развитие самосознания через психологическую сказку. Москва: Ось-89, 144 с.

      Вачков И. (2007) Сказкотерапия. Развитие самосознания через психологическую сказку.Развитие самосознания через психологическую сказку). Москва: Ось-89, 144 с.

      скилит | Статья — Возможности использования сказкотерапии в борьбе с деструктивными психологическими […]

      Возможности использования сказкотерапии в работе с деструктивными психологическими сценариями у студентов-первокурсников образовательных организаций высшего образования

      Евгения Чернега

      Опубликовано: 14 Января 2022

      Abstract: В статье рассматривается одно из таких препятствий на пути качественных конструктивных изменений в развитии личности, а именно деструктивный поведенческий сценарий.Многие люди неоднократно теряют определенные поведенческие сценарии, не осознавая их конструктивности или деструктивности. Близкие люди в процессе воспитания ребенка влияют на формирование убеждений, ценностей и норм, в том числе и через сказки, первоначально предлагая ребенку те или иные сказки, руководствуясь собственными предпочтениями и оценками поступков персонажей. В последнее время этот жанр народного фольклора активно используется в психологии и педагогике как элемент коррекции.Целью исследования было выявление деструктивных поведенческих сценариев. Использовались коммуникативно-когнитивный и психосоматический подходы, исследование проводилось в 2019-2020 учебном году в образовательных организациях высшего образования Московской области. Респондентами исследования стали 60 студентов-первокурсников различных (средний возраст 18,7 лет). Студенты мужского и женского пола присутствовали в равной степени. Результаты исследования показывают, что у студентов-первокурсников общеобразовательных учреждений высшего образования наблюдается определенное отношение к себе и миру, отражающееся в основных ресурсных жизненных установках, сформированных в детстве через сказки.Такое отношение влияет на их текущее состояние, которое характеризуется приверженностью к прежнему образу жизни, но и стремлением к преобразованиям, связанным с изменением социальной ситуации развития.

      Ключевые слова: ребенок / поведенческие / сказки / образовательные учреждения / курсанты / вузы / высшие учебные заведения / студенты общеобразовательных учреждений

      Оповещение Scifeed о новых публикациях
      Не пропустите ни одной статьи , соответствующей вашему исследованию от любого издателя
      • Получайте оповещения о новых статьях, соответствующих вашему исследованию
      • Ознакомьтесь с новыми статьями избранных авторов
      • Ежедневное обновление для 49 000+ журналов и 6000+ издателей
      • Определите свой Scifeed сейчас
      Нажмите здесь, чтобы посмотреть статистику по направлению « Прикладная психология и педагогика» .

      Наводящие аспекты использования сказок и анекдотов в качестве нарративов в терапии

      Ордог, Чилла — психолог и перинатальный консультант, а также ассистент лектора в Университете Этвёша Лоранда, Будапешт, факультет аффективной психологии, где она в настоящее время является аспирантом . Ее исследования связаны с синхронностью матери и ребенка и ее взаимозависимостью с качеством родового опыта. Доктор Каталин Варга является ее научным руководителем в аспирантуре.

      Фаркаш, Иштван — студент бакалавриата психологии Университета Этвеша Лоранда в Будапеште, Венгрия.Ишван Фаркаш — студент бакалавриата по психологии в Университете Этвеша Лоранда в Будапеште, Венгрия. Его интересы довольно разнообразны, он начал свое обучение с изучения физики и в настоящее время работает над своей бакалаврской диссертацией об анализе спектров галактик с помощью искусственных нейронных сетей. В прошлом году он опубликовал статью по социологии здоровья и в настоящее время интересуется гипнотерапией и экзистенциальной терапией, а также многими другими областями психологии.

      Тонкё, Мартон , студент бакалавриата психологии Университета Этвёша Лоранда в Будапеште, Венгрия.Сфера его интересов — просоциальное поведение и межличностные отношения. В планах на будущее – работать клиническим психологом в отделениях интенсивной терапии.

      Введение

      В терапии слова обретают смысл. История, будь то история клиента (клиентов) или история, которую терапевты используют во время терапевтической работы, можно рассматривать как так называемый нарратив. Существуют терапии, основанные на уже существующих историях, такие как терапия сказками, или терапии, использующие соответствующие анекдоты в качестве терапевтического инструмента для исцеления.Нарративная психология дает нам основу для понимания скрытой силы слов, превращающихся в истории, и историй, которые становятся мощными инструментами в терапевтической работе. В этой статье сторителлинг в терапии будет рассматриваться через изучение терапии сказками и анекдотов, используемых в терапии. Благодаря наблюдению за суггестивными качествами сказок и анекдотов по отношению к формальному гипнозу раскрывается скрытая сила использования историй в качестве инструментов в терапии.

      Почему истории так важны

      Нарративы глубоко укоренены в нашем образе мышления, в нашем способе построения и понимания мира и самих себя.Нарративы «… формируют психологические и философские точки зрения, нарратив рассматривается как человеческий метод осмысления мира, включая себя, идентичность, личность, других, опыт и время» (Акимото, 2018, стр. 107). Во-первых, мы должны знать обстоятельства, при которых сказки или анекдоты могут быть использованы в терапии. Чтобы приблизиться к пониманию различных способов действия, мы должны изучить нарративную психологию, поскольку ее подход связан с тем, как люди обрабатывают свой опыт посредством создания историй.Пионером в этой области исследований является Дэн П. МакАдамс (2001), который создал модель идентичности с историей жизни, «которая утверждает, что люди, живущие в современных обществах, обеспечивают свою жизнь единством и целью, создавая интернализированные и развивающиеся нарративы о себе. (стр. 100). Ласло Янош в своей статье 2008 года также объясняет, что научная нарративная психология основана на том факте, что люди в своих жизненных повествованиях рисуют свои собственные значимые жизненные события, подобно группам в своих групповых повествованиях.Эти истории описывают отношения человека с социальным миром и объясняют, как каждый конструирует свою идентичность. В статье (László, 2008) утверждается, что композиционные свойства и качество этих нарративов отражают границы поведенческой адаптации и копинг-механизмов рассказчика. В нарративной терапии терапевты не только сознательно слушают повествование клиентов, но также могут использовать истории. Сказки и их главные герои помогают клиенту символизировать свой опыт, тем самым обеспечивая моральный компас и расширенное понимание (Ruini & Ottolini, 2013).Сказки всегда служили (кроме развлекательных целей) проводниками. Эти истории рассказывались детям старшими, уважаемыми людьми, чтобы подготовить молодежь к жизненным трудностям, таким образом, они служили психолого-педагогическими ориентирами. Анекдоты действуют более прямым образом, преподнося уроки в конкретных ситуациях, тем самым предлагая более эффективный и содержательный вариант нарративной терапии. Сказки и анекдоты могут использоваться в терапии из-за нашей универсальной традиции рассказывать и создавать свои собственные истории.Вот как возможно включение сказок и анекдотов в нарративную психологию. Даллос (2005) объясняет сюжетно-композиционное описание, придуманное Владимиром Плоппом, в котором используется комплексный метод выделения функций участников русских волшебных сказок. Этот метод — посредством нарративного психологического контент-анализа — может быть переведен на смыслообразующий психологический язык, то есть в нарративе вместо сюжетных функций он ищет психологически значимые роли и функции (Ласло, 2008).Обнаруженные расстановки позволяют выявить психологическое состояние и характеристики рассказчика (клиента в терапевтической ситуации) (László, 2008).

      Структура, используемая в гипнозе и рассказывании историй

      Терапевтическая работа обычно происходит во времени и пространстве, отличных от повседневной жизни. Клиент входит в терапевтическую комнату, и сеанс начинается. Если это не его/ее первый раз там, он/она знает, что ожидает чего-то отличного от повседневного опыта. Терапевты, работающие с измененными состояниями сознания, уделяют особое внимание построению сеансов, следя за тем, чтобы по окончании сеанса у клиента была ясная голова и бдительность, он был готов снова встретиться с внешним миром.Это важно, потому что в гипнозе клиент входит в свой внутренний мир, где время и пространство могут ощущаться иначе. Доверие между клиентом и терапевтом может помочь клиенту глубже погрузиться в свой внутренний мир. Формальный гипноз обычно начинается с установления взаимопонимания, которое не ведет непосредственно к гипнотическому трансу, но создает хороший коммуникативный мост и укрепляет связь, необходимую между клиентом/пациентом и гипнотизером. После этого шага начинается гипнотическая индукция. Через гипнотическую индукцию клиент входит в измененное состояние ума.В измененном состоянии клиент обычно расслаблен, его/ее внимание избирательно, его/ее воображение более живое и более восприимчивое к внушениям (Loftus, Nolen-Hoeksema & Fredrickson, 2009). В конце гипнотизер завершает гипнотический транс, постепенно возвращая клиента в его/ее нормальное состояние. В основу повествования входят специальные общеизвестные словосочетания, обозначающие начало и конец: сказки обычно начинаются с «Жили-были…» и заканчиваются «Концом».Эти фразы являются неотъемлемой частью сказки, придающей прочный, характерный каркас, отличающий ее от повседневного мира. Точное время, когда в истории человечества впервые появилось рассказывание сказок взрослым и детям, неизвестно, но, несомненно, это одна из древнейших традиций. Сказки всегда имеют типовую структуру, общеизвестную человечеству. Мало того, что содержание типично, событие повествования также имеет свои уникальные элементы. Традиционное и наиболее точное изображение взрослых, рассказывающих сказки другим взрослым, состоит в том, что они собираются ночью, когда все спокойно и безмятежно, вероятно, сидят у костра, и включают режим прослушивания.С детьми типичная сцена включает в себя взрослого (обычно родителя), сидящего рядом с ребенком, который спокойно слушает историю перед сном. Опыт показывает, что истории — это нечто большее, чем общий успокаивающий эффект от прослушивания. В историях всегда есть сообщение, которое останется со слушателем, найдет способ резонировать с его/ее текущим состоянием и, таким образом, оказать долгосрочное влияние на мысли и поведение. Положительные аспекты можно использовать в повседневной жизни, а также на сеансах терапии, в работе с детьми или взрослыми.Что касается анекдотов, то это короткие, наводящие на размышления или часто даже юмористические рассказы, обычно описывающие отдельного человека или случай. Несмотря на их подчас комический характер, основная цель этих рассказов — дать так называемый моральный компас, или сообщить общую истину, по которой читатель может понять человека (главными героями обычно являются известные или даже популярные исторические личности), группу или даже абстрактная идея (Эпштейн, 1995). Истории обычно оперируют неявными сообщениями, имеющими наводящий характер.Таким образом, читателю (или слушателю) легче усвоить значения, поскольку неявные сообщения, как правило, требуют более активной обработки. Учитывая природу анекдотов, они кажутся полезными в терапевтических ситуациях, помогая терапевту создать структуру, структуру всей терапии, а также помогая клиенту исцелиться.

      Установление взаимопонимания и регрессия

      Важно установить взаимопонимание до гипноза или рассказывания историй, но также полезно знать, что оба процесса углубляют доверие между клиентом/терапевтом и слушателем/рассказчиком.Родители обычно уже имеют глубокую связь со своими детьми, а сказки создают еще более тесную связь. На протяжении всей истории рассказчик использует символическое мышление и язык сказки, которые намного ближе детям, облегчая их понимание (Беттлхейм, 1988). Поскольку сказки подходят для косвенной передачи сложного смысла через лежащую в их основе символическую структуру, их можно эффективно использовать в терапии не только для детей, но и для взрослых (Dieckmann, 1997).Чтобы понять, почему сказки — 28 — 2018, том 42, № 3 — такое эффективное средство коммуникации, нам необходимо рассмотреть модели долговременной эксплицитной памяти: сознательного припоминания данных (Graf & Sachter, 1985). Среди сознательных воспоминаний мы можем различать заученные факты, вырванные из контекста (семантические), и воспоминания о реальных событиях (эпизодические) (Zager, Medin & Smith, 1984). При изучении эпизодической памяти оказывается, что людям необходимо создавать истории, то есть строить нарративы: контексты, в которые они могут помещать свои воспоминания о прошлом, своей текущей ситуации и будущем, связывая отдельные события.Помимо эпизодической памяти, мы также сильно полагаемся на нашу семантическую память. Одной из ее широко используемых моделей является так называемая теория прототипов. Согласно этой теории, люди классифицируют вещи вокруг прототипов, основываясь на том, насколько они близки к общепринятому центральному члену данной концепции (Eysenc & Keane, 1990). Такой подход к семантической памяти имеет сходство с символическим мышлением. Символы обычно несут некоторые из наиболее важных характеристик символизируемого, часто архетипы, однако символ и символизируемый объект — не одно и то же.Символизм, появляющийся в сказках и снах, имеет сильное сходство, вероятно, потому, что символы обоих из них исходят от природы. Структурное сходство между структурами наших воспоминаний и сказок, связь с детским мышлением и сновидениями позволяют предположить, что сказки могут иметь тесную связь с подсознанием, что делает их привлекательными для использования и во взрослой терапии (Dieckmann, 1997). Регрессия — важный элемент сказок и снов, которые могут быть в повседневной жизни или в терапевтической работе, а также существенный элемент гипноза.

      Сходство с гипнозом: вход в измененный мир

      Как упоминалось выше, сказки, как правило, имеют типичную основу и носят ярко выраженный символический характер. Обе эти характеристики несут в себе диссоциативную черту. Кроме того, они имеют тенденцию быть преувеличенными, что побуждает нас еще больше различать сказки и реальность. Исследования показали, что когда родители убирают из сказки жестокие эпизоды, это на самом деле делает сказку более правдоподобной, более похожей на то, что она вырвана из повседневной жизни, тем самым сбивая с толку и пугая детей еще больше, чем первоначальная версия (Danilewitz, 1991). ).Учитывая то, как эти черты, символическая структура сказок допускает диссоциативный, объективный анализ, отделенный от повседневной жизни, и очень личное, подсознательное понимание лежащего в основе смысла, кажется, что хороший способ наблюдать суггестивные аспекты сказок — это сравнивать сказки. и гипноз. В традиционном (формальном или классическом) гипнозе клиент находится в основном в пассивном, расслабленном состоянии, фокусируя свое внимание на гипнотизере, в то время как гипнотизер передает внушения клиенту.Это очень похоже на случай рассказывания сказок. Рассказчик рассказывает историю, а слушатель слушает ее спокойно, в расслабленном состоянии. Эксперименты показывают, что дети слушают сказки гораздо тише, а затем какое-то время ведут себя менее активно, кажутся более поглощенными своими мыслями по сравнению с детьми, которые предварительно смотрят фильм или слушают банальную сказку. Крэйн, 1983). Одной из кажущихся проблематичными черт сказок в отношении гипнотического внушения является то, что, хотя внушения имеют тенденцию очень сильно зависеть от реальных используемых слов, сказки поддерживаются в основном устной традицией, что делает почти невозможным сохранение слов в их первоначальном виде. форма.Однако Дж. А. Барг и его коллеги показали (Bargh, Chen & Burrows, 1996), что слова, связанные с определенным понятием, при многократном появлении в окружении клиента могут вызывать поведение, обычно связанное с данным понятием. В одном из своих экспериментов (Bargh, Chen & Burrows, 1996) испытуемые должны были заполнить тест, в котором им было предложено упорядочить перепутанные слова в предложениях. Некоторые из этих тестов содержали слова, связанные со старостью (например: беспокойный, Флорида, старый, одинокий, серый, эгоистичный, осторожный, сентиментальный, мудрый, упрямый, вежливый, бинго, замкнутый, забывчивый, отставной, морщинистый, жесткий, традиционный, горький). , послушный, консервативный, вяжет, зависимый, древний, беспомощный, доверчивый, осторожный, одинокий).В нейтральном варианте слова, относящиеся к пожилым людям, были заменены словами, не имеющими к ним отношения (например, жаждущий, чистый, частный). Испытуемые, которые должны были заполнить тесты, содержащие слова, связанные со старостью, выходили из комнаты после окончания эксперимента значительно медленнее — 29 — 2018, том 42, № 3, по сравнению с теми, у кого таких слов не было в их тест, хотя в этих тестах напрямую не упоминается медлительность (Bargh, Chen & Burrows, 1996). Это, в сочетании с символическим характером сказок и их отношением к подсознанию, показывает, как сказки могут сохранять свои суггестивные черты, несмотря на то, что они сохранялись в устной традиции.

      Внушающая сила историй в терапии

      Нарративная терапия включает вышеупомянутые элементы таким образом, что терапевты помогают клиентам реконструировать их собственные жизненные истории, удаляя и переписывая ошибочные элементы, тем самым реконструируя их идентичность. МакАдамс (2010) утверждает, что клиенты часто рассказывают запутанные, даже неорганизованные истории из жизни, которые усугубляют их симптомы и ухудшают психическое здоровье. Прояснение этих историй с использованием эмоционального фокуса при названии и связывании эмоций с определенными переживаниями может служить базовой методологической основой (Beaudoin and Zimmerman, 2011, цитируется в Mezőfi, 2015).Кроме того, мы должны знать, с каким механизмом работает нарративная терапия. С точки зрения нарративной терапии проблемы клиента вытекают из сюжетной линии его нарративов. Основная цель — отделить идентичность клиентов от повторного переживания их проблем (экстернализация) и дать возможность получить доступ к желаемому самоощущению (Mezőfi, 2015). Повторяя и называя эмоции, а также связывая их с определенными элементами сюжета, жизненные истории можно реструктурировать так, чтобы они были приятными и самоутверждающими.Неудивительно, что интерес к историям трансформации в различных областях как средств массовой информации, так и науки высок, поскольку эти истории исцеления вдохновляют нас и одновременно становятся инструментом исцеления (Mezőfi, 2015). Следовательно, они могут служить ранее упомянутыми анекдотами реконструкции личной истории о себе. Помимо исцеляющих историй, различные формы искусства могут служить несаморассказами, историями, которые не проживают, а переживают клиент, например, пьесы, книги, фильмы, поскольку они дают нам возможность участвовать в истории. .Во-первых, может быть, расстраивая нас, а затем переживая момент катарсиса, который может создать определенное состояние личности, оказывая влияние на наш образ мышления (Джон, 2010). На мой взгляд, в терапии очень важно говорить об этих переживаниях. Их эмоциональное воздействие может быть полезным для интеграции личных ситуаций, когда они — сознательно или бессознательно — служат ориентиром в эгоцентричных нарративах. Также важно, чтобы клиент осознал вспомогательные фоновые механизмы нерассказов о себе, чтобы он/она могли отделить вредные и исцеляющие переживания внешнего источника.Еще одним интересным нарративным терапевтическим методом является именование диффузного психологического содержания. Бойти Иштван (2015) подробно объясняет, как называние этих эмоций помогает клиенту справляться с ними в повседневной жизни. По мнению Бойти (2015), оно становится сущностью, отделенной от личности; он может стать так называемым козлом отпущения, неся ответственность, чтобы человек освободился от нее. Таким образом становится возможной экстернализация проблемы, что позволяет человеку взять под контроль и изменить ее важные аспекты.В конце концов ответственность возвращается к клиенту, козел отпущения работает как временное решение, чтобы помочь клиенту пройти более раннюю, более сложную часть терапии, осознать свои эмоции и лучше осознать проясненные жизненные истории и связанные с ними эмоции. . Это может работать за счет создания опыта, подобного анекдоту, когда клиент может относиться к этим размытым эмоциям как к некоторым ранее услышанным или увиденным персонажам сказки, используя методы преодоления в истории, тем самым объединяя те, которые приводят к успешному терапевтическому результату.

      Примеры сказочной терапии

      Мы установили, что сказки являются средством передачи более сложных мыслей. Существует несколько различных подходов к использованию сказок в терапии. Одной из основных отличительных особенностей может быть то, используем ли мы сказки в их первоначальном виде, или конструируем собственные нарративы, используя символические и структурные инструменты сказок (Вачков, 2016). При использовании оригинальных историй терапевт может проанализировать любимую сказку пациента или предложить историю, связанную с текущей ситуацией пациента (Dieckmann, 1997).Анализ того, какую — 30 — 2018, том 42, № 3 историю просит ребенок, также может быть полезен в терапии, однако, по мнению Беттлхейма (1988), в случае с ребенком, возможно, лучше не создавать подсознательных мыслей. сознательный, поделившись предполагаемой причиной, по которой была выбрана данная история. В создании сказок есть разные подходы. Один вариант заключается в том, что терапевт, учитывая потребности пациента, создает историю (Levine, 1980), в то время как другой подход заключается в том, чтобы позволить пациенту создать историю как повествование, которое может помочь ему справиться с текущей ситуацией (Ruini, Масони, Оттолини и Феррари, 2014 г.).Примером того, как сказки в их первоначальном виде можно использовать в терапии, является случай, упомянутый в статье Дикмана 1997 года: у женщины, воспитанной очень строгими родителями, развился тяжелый невроз из-за ее ограниченного импульса к индивидуации. У нее также была отчетливая фобия животных. Однажды ей приснилась белая змея, которая сначала напугала ее, но потом заговорила с ней и успокоила. На следующий день она смогла пойти на работу с меньшим беспокойством. Рассказав свой сон Дикману, терапевт предложил ей прочитать «Белую змею» братьев Гримм.Эта история о доверенном слуге короля, который должен каждую ночь тайно приносить королю чашу, но ему запрещено заглядывать в чашу. Однажды, несмотря на приказ короля, он заглядывает в чашу и находит в ней белую змею. Он не может устоять перед приятным запахом змей, тайком ест из миски и таким образом начинает понимать речь животных. Затем он уходит из замка и во время своего путешествия помогает некоторым животным, которые возвращают услугу и помогают ему в случае необходимости, чтобы получить руку принцессы.Эта история помогла пациенту начать думать о животных по-другому, понять, насколько полезными могут быть животные. Более того, Дикманн (1997) предполагает в своей статье, что этическая проблема в начале истории — это как раз то, что помогло клиенту. Вначале доверенный слуга короля действует вопреки приказу и ест змею и, таким образом, получает способность говорить с животными. Этот аспект истории, согласно Дикманну (1997), помог клиенту перестать подавлять нежесткие, вневременные животные аспекты своей личности.Сказки могут быть терапевтическими и для детей. Дети обычно имеют сильно поляризованное мышление, поэтому им может быть трудно справляться с амбивалентными чувствами. Данилевиц (1991) также пишет в своей статье о том, как справляться с амбивалентными чувствами. Она наблюдает за ним по известной сказке «Красная шапочка»:

      «В «Красной шапочке» добрую бабушку внезапно заменяет волк, угрожающий уничтожить ребенка. Если на самом деле бабушка унижает ребенка за то, что тот обмочил штаны, то она уже не та, что была раньше, она стала ведьмой.Неспособность увидеть какое-либо соответствие между различными проявлениями, которые действительно переживает ребенок, — бабушка рассматривается как отдельная сущность, любящая и угрожающая. Она действительно бабушка и волк. Разделив ее, расщепив, ребенок может сохранить свой образ доброй бабушки, если она превратится в волка, это страшно, но он не поступится своим видением ее доброты». (Данилевиц, 1991, с.88)

      В другом примере Левин (1980) создает историю вместо того, чтобы использовать сказку в ее первоначальном виде, чтобы вылечить 8-летнюю девочку, страдающую бессонницей.Эта девушка подверглась сексуальному насилию со стороны своего дяди, и поэтому она носила в себе ненависть к нему. Однако она любила своего отца. Родителям была передана запись персонализированной истории с указанием проиграть ее для нее перед сном. История включала вещи, которые ей нравились, чтобы сделать ее более открытой для истории. Это было о хороших и плохих медведях, это послужило инструментом, который помог ей растворить ее двойственные чувства к мужчинам.

      Современные вызовы в создании и работе с нарративом

      Базисная теория проста, но применить ее к нашей нынешней социальной ситуации гораздо сложнее, чем кажется (Beaudoin and Zimmerman, 2011, цитируется по Mezőfi, 2015).Информационное общество принесло ряд новых препятствий, на которые следует обратить внимание; жизнь людей сложнее, чем несколько десятков лет назад — 31 — 2018, том 42, № 3 назад. Мы должны приспосабливаться к различным новым ситуациям, учитывать нашу онлайн-идентичность, нашу карьеру и т. д. Раньше было проще использовать анекдоты в жизненных историях, потому что у людей был более общий образ жизни, тот факт, что чья-то жизнь была привязана к определенному компания, определенная профессия, определенные идеологии предоставили более простое решение для терапевтического подхода (Kondor et al., 2018). В наше время людям приходится чаще приспосабливаться к новым условиям, новым ситуациям. Поэтому труднее найти «анекдоты» их личной жизни (изложенные в книгах, фильмах и т. д. или в устной традиции), которые несут в себе надлежащий массаж, имеют персонализированные моральные ориентиры и через свои жизненные истории помогают интегрировать их в их личность.

      Заключение

      Рассказывание историй использовалось с самых ранних времен человеческой истории для успокоения и просвещения.Структура и использование символов в сказках и анекдотах во многом схожи с моделями человеческой памяти, что делает ее очень эффективным инструментом для передачи более сложных мыслей детям и взрослым как в повседневной жизни, так и в терапевтической работе. Использование сказок, рассказов и анекдотов в различных методах нарративной терапии может оказать положительное суггестивное влияние на реконструкцию истории жизни и личности клиента. Хотя он все еще нуждается в дальнейших исследованиях относительно его прямого воздействия и преимуществ, он уже используется многими терапевтами, и эта область продолжает расширяться.

      Библиография
      • Акимото, Т. (2018). Истории как мысленные представления субъективного мира агента: структурный обзор. Биологически вдохновленные когнитивные архитектуры, 25, 107-112. DOI: 10.1016/j.bica.2018.07.003
      • Барг, Дж. А., Чен, М., и Берроуз, Л. (1996). Автоматизм социального поведения: прямое влияние конструкции черты и активации стереотипа на действие. Журнал личности и социальной психологии, 71 (2), 230-244. DOI: 10.1037/0022-3514.71.2.230
      • Беттельхейм, Бруно (1988). Использование чар. Смысл и значение сказок. Лондон: Книги пингвинов. ISBN 9780307739636
      • Бойти, И. (2015). Narratív szemlélet a segítő kapcsolatban (пер.: Нарративный подход в терапевтических отношениях) Különleges bánásmód, 1(2.), 59-70.
      • Крейн, Уильям С., Д’Алессио, Эстерина, Макинтайр, Бренда и Смоук, Лесли (1983). Влияние прослушивания сказки на непосредственное поведение детей, Журнал генетической психологии: исследования и теория человеческого развития, 143 (1), 9-17, DOI: 10.1080/00221325.1983.10533528
      • Даллос, Э. (2005). Funkciók, intenciók és attributumok (Посвящение Проппу). (пер.: Функции, интенсионалы, атрибуты) Palimpszeszt, 24. Получено с http://magyarirodalom.elte.hu/palimpszeszt/24_szam/02.html
      • .
      • Данилевиц, Дебра (1991). Жили-были….. Значение и важность сказок, Развитие и уход за детьми раннего возраста, 75(1), 87-98, DOI: 10.1080/0300443910750104
      • Дикманн, Х. (1997). Сказки в психотерапии. Журнал аналитической психологии, 42, 253-268.DOI: 10.1111/j.1465-5922.1997.00253.
      • Эпштейн, Л. (1995). Сокровищница еврейских анекдотов. Нортвейл: Джейсон Аронсон.
      • Айзенк, Майкл В. и Кин (1990). Когнитивная психология: пособие для студентов Hove: Taylor & Francis Ltd ISBN: 9780863771545
      • Граф, П., и Шактер, Д.Л. (1985). Имплицитная и эксплицитная память на новые ассоциации у нормальных и страдающих амнезией субъектов. Журнал экспериментальной психологии: обучение, память и познание, 11, 501–518. ДОИ: 10.1037/0278-7393.11.3.501
      • Джон, Б. (2010, 5 февраля). Megbomlott повествование: Egy skizofrén naplója. (пер.: Фрагментированные повествования: Дневник шизофреника) – 32 – 2018, Том 42, № 3 Mindennapi Pszichológia. Получено с http://mipszi.hu/cikk/090925-megbomlott-narrativak
      • .
      • Кондор, А., Папп-Циперновски, О., и Пёрци, З. (2018). Я, СЕБЯ И Я…. Magyar Coachszemle, 1, 47-62.
      • Ласло, Дж. (2008). Нарративная психология. (пер.: Нарративная психология) Pszichológia, 28(4), 301-317.
      • Левин, Элейн С. (1980). Косвенные внушения через персонализированные сказки для лечения детской бессонницы. Американский журнал клинического гипноза. 23, 57-63. DOI: 10.1080/00029157.1980.10404020.
      • Лофтус, Джеффри Р., Нолен-Хоксема, С., и Фредриксон, Б. (2009). Введение Аткинсона и Хилгарда в психологию (15-е издание) Лондон: Cengage Learning EMEA ISBN: 9781844807284
      • МакАдамс, Д. П. (2001). Психология жизненных историй. Обзор общей психологии, 5 (2), 100.дои: 10.1037//1089-2680.5.2.100
      • МакАдамс, Д. П. (2010). Личные рассказы и история жизни, В: Справочник личности. Теория и исследования. Гилфорд Пресс, 3, 248.
      • Мезёфи, В. (2015). Felépüléstörténetek narrativ elemzése: A gyógyulás elményének megjelenése szerhasználók és krónikus betegek élettörténeteiben (магистерская диссертация). (пер.: Нарративный анализ историй выздоровления: опыт исцеления, появляющийся в жизненных историях наркоманов и хронически больных) Этвёш Лоранд Тудоманьегьетем.
      • Руини, К., Масони, Л., Оттолини, Ф., и Феррари, С. (2014). Групповая психотерапия с позитивным повествованием: использование традиционных сказок для улучшения психологического благополучия и роста. Психология благополучия, 4(1), 13. DOI: 10.1186/s13612-013-0013-0
      • Руини, К., и Оттолини, Ф. (2013). Использование повествовательных стратегий, основанных на сказках, в качестве нового интегративного компонента в КПТ: отчет о клиническом случае. ИССЛЕДУЙТЕ: Журнал науки и исцеления, 10 (2), 121-124. doi: 10.1016/j.исследовать.2013.12.003
      • Вачков И.В. (2016). Сказкотерапия сегодня: определение ее границ и содержания. Procedia — Социальные и поведенческие науки, 233, 382-386. DOI: 10.1016/j.sbspro.2016.10.163
      • Загер, Д. Медин, Д. Смит, Э. (1984) Категории и понятия. Язык 60(1), 176-180 DOI: 10.2307/414206

      Сказки как путь к бессознательному

      Сегодня мы завершаем нашу серию «Дисней, сказки и феминистская теория» — курс по богословскому и культурному взаимодействию, который ведет доктор Б.Kj Swanson прошлым летом. В этом интервью Кэти Лин, студентка магистратуры психологического консультирования, размышляет о сказках (например, о снах и играх) как о пути к бессознательному, а также о том, как этот курс дополняет остальную часть ее обучения в школе Сиэтла. Вы можете ознакомиться с сообщениями доктора Суонсона и других учащихся класса здесь.


      Что впервые привлекло вас в этом классе?

      Меня всегда тянуло к воображению, фантазии и детским сказкам. Я вырос в Чешской Республике, поэтому я помню, как в детстве заметил, что в разных культурах действительно разные сказки, и что сказки, которые я слышал в школе от своих сверстников, были действительно разными.На них повлияли славянские, больше русские сказки, по сравнению с братьями Гримм и Диснеем.

      И то, что я беременна и скоро у меня будет ребенок. Я подумал, что если это девочка, я хочу что-то, что поможет мне осмыслить культуру принцесс Диснея. Есть много вещей, которые я нахожу проблематичными, но в то же время я не хочу лишать своего ребенка большой радости, которая может исходить от всего этого мира. И если это мальчик, я подумал, что класс все еще может быть полезен.Потому что патриархат вредит и мужчинам, и женщинам, даже если мужчины не всегда это признают.

      Например, мы смотрели мультфильм Диснея « Белоснежка и семь гномов », и группа, в которой я был, смотрела, как в фильме изображены мужчины. Я заметил, что у Прекрасного Принца очень-очень мало строк — на самом деле в своей песне в конце он говорит: «У меня есть только одна песня… но одно сердце, твердое и верное». Он играет только одну роль. Ему вообще не нужно быть на экране, потому что мы уже знаем, какова его роль.В некотором смысле он так же ограничен, как и Белоснежка, с точки зрения его выбора и возможностей. Мол, а что, если он не хотел спасать принцессу? Что, если бы он хотел, я не знаю, стать поэтом?

      Как, по вашему мнению, этот курс дополняет остальные предметы, которые вы изучаете в школе Сиэтла?

      Я думал о своей стажировке — я надеюсь работать с детьми. И хотя изначально сказки не были написаны для детей, мне очень нравилось в классе уделять пристальное внимание сказкам, которые часто рассказывают о детях и часто имеют дело с глубокими, первобытными человеческими желаниями и страхами.Когда я думаю о терапевтической работе с детьми, основной способ общения детей — это игра. Сказки, игры и сны — все это области, которые большая культура склонна рассматривать как бессмысленные — в лучшем случае нейтральные, в худшем — легкомысленные. Но я думаю, что все три из этих областей имеют почти прямую связь с вашим бессознательным. На наших занятиях по психопатологии я узнал, что каждый сон имеет значение, и я думаю, что то же самое касается историй, которые мы рассказываем, и того, как играют дети. Этот урок был отличным практичным способом дать мне более острый слух или, по крайней мере, желание уделять больше внимания этим путям к бессознательному.

      «Этот урок был отличным практичным способом научить меня слышать лучше».

      На чем вы сосредоточились в своем финальном проекте?

      Нам предложили вариант: написать исследовательскую работу или заняться художественным проектом, например, написать (или переписать) оригинальную сказку. Я хотел переписать Золушку, но с точки зрения мачехи. Мы изучили один современный пересказ «Белоснежки» Нила Геймана, где он показан с точки зрения королевы, и в итоге вы сочувствуете королеве, но за счет Белоснежки.Это то, что вы часто видите в сказках — это психологическая концепция расщепления. Многие персонажи, особенно женские персонажи и фигурки матерей, обычно просто чисто добрые и ангельские или демонические, полностью злые и одномерные. Обычно нет места для каких-либо нюансов. Когда я становлюсь матерью, я думаю обо всем эмоциональном багаже, связанном с моей собственной мамой, который я перерабатывал за последние пару лет, и я изо всех сил пытаюсь сгладить этот разрыв. Как может та же самая мама, от которой я получал утешение, заботу и любовь, также быть мамой, которая в некотором роде пренебрегала мной и причиняла мне вред?

      Так что я был в некоторой степени лично заинтересован в том, чтобы написать историю, в которой мы исследуем, как мы можем сблизить раскол, не жертвуя ради этого Золушкой.Я хотел найти способ, которым мачеха и Золушка — вы все еще болеете за них обоих, и все же случаются тяжелые вещи, когда мачеха оказывается в ситуации, когда ей приходится делать действительно ужасный выбор из-за внешних обстоятельств. ее контроля.

      Кажется действительно важным взять такое понятие, как расщепление, о котором вы теоретически изучаете на других занятиях, и исследовать его в новой форме, которая кажется такой живой — как в написании сложной истории с нюансами, так и в искусстве устного повествования. .

      Мой хороший друг Обри — устный рассказчик-любитель. Начиная со средней школы, она сочиняла в голове сложные, подробные истории и просто держала их в голове, а в колледже она рассказывала эти истории вслух другому другу и мне. Так что мне очень хотелось попробовать сделать это, рассказать об этом устно, потому что я никогда не испытывал ничего подобного — это было так увлекательно и непосредственно, захватывало больше, чем действительно хорошее телешоу. Когда мы слушали ее рассказы, нам казалось, что, должно быть, так и было в деревне у костра, когда вернулись охотники, все пировали и рассказывали истории.Это действительно сближало. Так что я хотел попробовать свои силы в этом.

      Одна писательница, которая мне нравится, Лоис Макмастер Буджолд, однажды сказала в интервью, что то, как она пишет свои сюжеты, — это то, как она получает своих персонажей, а затем она спрашивает себя, что самое худшее, что может случиться с этим персонажем? Она делает это дважды, а затем выводит их из беспорядка. Я хотел, чтобы моя история по-прежнему была узнаваемой Золушкой, поэтому мне пришлось поставить их в положение, когда Золушке приходится выполнять тяжелую и тяжелую работу большую часть своей жизни, но я не хотел, чтобы это было, потому что мачеха действительно жестока.Только отчаяние могло привести их к этой ситуации, когда вы действительно узнали бы Золушку, поэтому мне пришлось думать о внешних системах и сверхъестественных обстоятельствах, которые могли привести их в такое отчаяние.

      В последний день занятий был настоящий праздник сказок — одноклассники и гости собрались вместе, чтобы посмотреть финальные проекты. Каково было вам наконец поделиться этой историей?

      Это было страшно и волнующе. Я очень усердно работал над тем, чтобы запомнить ее, не слово в слово, а чтобы иметь возможность рассказать историю без каких-либо заметок, потому что я хотел дать людям в классе тот опыт, который я получил с моим другом Обри — опыт этого зрительного контакта, непосредственность истории.Если бы я ее читал, то, думаю, в центре внимания был бы сам текст. А если я рассказываю не по книге, то это связь между нами, между мной как рассказчиком и вами как слушателем, это основное внимание и главный акцент. В конце концов, это было действительно захватывающе, и я чувствовал энергию в комнате. Я чувствовал реакцию людей, как в яме отчаяния истории, так и в евкатастрофе в конце — это было действительно особенное — поделиться этим.

      Символика сказок во взрослой психологии

      

      Символика сказок во взрослой психологии

      Даты и форматы семинаров Статьи Джозеф Кэмпбелл Карта сайта Поиск

      по взрослой психологии

      Шестичасовой курс с Джонатаном Янгом и Анной Бах

      Описание курса

      Это заархивированный курс, который в настоящее время не предлагается.Описание будет обновлено, если будет представлено в будущем.

      Любимые истории из детства могут иметь тонкое влияние на взрослую личность. Этот курс показывает, как изучать сказки на предмет метафор, богатых психологическими идеями.

      Инструкция исследует, как символизм в рассказах может раскрыть элементы внутренней жизни. Обучение включает в себя обнаружение бессознательных тем в любимых историях и использование архетипических точек зрения при обсуждении представленных проблем. Презентации рассказывают о значении чувства личной истории и о влиянии семейных историй как формирующих уникальные мировоззрения.Этот семинар, представленный на вводном уровне для докторов психологии, полезен для консультантов, учителей, писателей, священнослужителей и тех, кто интересуется архетипическими перспективами.

      Цели обучения

      • Обнаружение символизма в любимых историях из детства

      • Распознавание сюжетных паттернов как бессознательных сценариев

      • Обсудите стратегии введения материала в психотерапию

      Кто выиграет?

      Этот семинар предназначен для повышения квалификации практикующих психологов с докторской степенью.Презентации охватывают обновленную информацию о клинической экспертизе. Этот день также полезен для других практикующих специалистов в области психического здоровья и для некоторых помогающих профессий, таких как врачи, священнослужители и педагоги, в обязанности которых входит консультирование по вопросам психического здоровья.

      Кредитная информация CE

      Материал представлен на вводном уровне для психологов, не требуя знаний в области мифологических исследований, нарративной теории или юнгианской психологии. Предварительной подготовки не требуется. Тем не менее, участникам предоставляется рекомендуемый список литературы как часть материалов их класса.

      CE Кредитная информация

      Материал представлен на вводном уровне, не требующем знаний в области мифоведения, теории нарратива или юнгианской психологии.

      Доступны следующие кредиты CE:

      • Психология, LMFT, LCSW, LPCC, Ed Psych, NBCC: 6 часов CE

      • Сестринский уход: 7 часов

      Как зарегистрироваться

      1. Выберите семинар из текущего курса Даты и форматы семинаров

      2. Зарегистрируйтесь онлайн или позвоните в Центр по телефону 805-687-7171

      Инструкторы

      Джонатан Янг, доктор философии, психолог (PSY10231) с международной онлайн-практикой.Он преподает в Pacifica Graduate Institute в Санта-Барбаре. Его книги и статьи сосредоточены на личной мифологии. Доктор Янг помогал мифологу Джозефу Кэмпбеллу на семинарах и был одним из основателей архивов и библиотеки Джозефа Кэмпбелла. В настоящее время он снимается в нескольких документальных сериалах на History Channel.

      Энн Бах, MS, MFT 38891, специалист по использованию письма в психотерапии. Она выступает с докладами о творчестве как внутренней работе на крупных конференциях и читает лекции о психологических аспектах выразительного письма.Она также появляется в мемуарных драматических постановках для различных театральных коллективов, в том числе для Marsh Stage в Беркли. Ее клинический опыт включает поэтическую терапию с серьезными психически больными пациентами.

      Другие презентации Mythic Stories

      Доктор Янг также дает частые интервью в средствах массовой информации, публичные выступления, семинары и обучение без отрыва от производства в США и за рубежом.

      Расписание дня

      Регистрация начинается в 9:30.м. — Семинар с 10:00 до 17:00.

      9:30 — Начало регистрации.
      10:00 — Введение в архетипический символизм — Сказка как окно в бессознательное/h5>
      11:15 — Перерыв (приблизительное время)
      11:30 — природа сказки — Как психологические проблемы взрослых отражаются в фольклоре
      12:30 — Обеденный перерыв

      — Пожалуйста, верните вовремя

      1:30 — История и символ в живых нарративах — Развитие личных мифологий
      2:30 — Перерыв (приблизительное время)
      2:40 — Бессознательная динамика в мифическом воображении — Влияние любимых историй детства
      3:50 — Перерыв (приблизительное время)
      4:00 — Углубление терапевтических отношений — Ограничения и предостережения.
      5:00 — Курс завершен

      Выдержки из списка чтения

      Арон, Элейн Н. (1996) Высокочувствительный человек: как преуспеть, когда мир подавляет вас. Нью-Йорк: Бродвейские книги

      Кэмпбелл, Джозеф (2013) Богини: Тайны женского божества (Собрание сочинений Джозефа Кэмпбелла) (Сафрон Эльсабет Росси, редактор) Новато, Калифорния: New World Library

      Кэмпбелл, Джозеф (1995) Размышления об искусстве жизни: товарищ Джозефа Кэмпбелла.Нью-Йорк: Харпер Коллинз

      Эстес, Кларисса Пинкола (1993) Дар истории: мудрая сказка о том, чего достаточно. Дар истории (аудиозапись), Боулдер, Колорадо: Sounds True Recordings

      Эстес, Кларисса Пинкола (2013) Развяжите сильную женщину: Непорочная любовь благословенной матери к дикой душе Луисвилл, Колорадо: Sounds True Books

      Файнштейн, Дэвид и Криппнер, Стэнли (2009) Личная мифология: использование ритуалов, снов и воображения для раскрытия вашей внутренней истории.(Пересмотренное 3-е издание) Санта-Роза, Калифорния: Energy Psychology Press

      Хиллман, Джеймс (1998) Исцеляющая фантастика. Весенние публикации

      Холлис, Джеймс (1996) Болота души: Новая жизнь в мрачных местах. Торонто: Книги Внутреннего города

      Джонсон, Роберт А. (1986) Внутренняя работа. Нью-Йорк: HarperCollins

      Кин, Сэм и Вэлли-Фокс, Энн (1989) YoYour Mythic Journey: обретение смысла в своей жизни через письмо и рассказывание историй (Внутренняя рабочая книга). Нью-Йорк: Внутренняя рабочая книга

      Ларсен, Стивен (1990) Мифическое воображение: поиски смысла через личную мифологию.Манчестер, VT: Inner Traditions International

      Ле Грайс, Кейрон. (2013) Возрождение героя: мифология как руководство к духовной трансформации (Muswell Hill Press). Масвелл Хилл Пресс

      Пирсон, Кэрол С. (1991) Пробуждение героев внутри: двенадцать архетипов, которые помогут нам найти себя и изменить наш мир. Нью-Йорк: Харпер Сан-Франциско

      Уайт, Дэвид (2001) Пересечение неизвестного моря: работа как паломничество идентичности Нью-Йорк: Doubleday

      Уайт, Дэвид (2010) Три брака: переосмысление работы, себя и отношений.Нью-Йорк: Риверхед

      Уайт, Дэвид (2002) Пробужденное сердце: поэзия и сохранение души в корпоративной Америке.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.